По этой причине, а также потому, что Дхарма заключает в себе богатство наставлений, применимых к различным потребностям существ, в нашей стране появилось большое разнообразие учений. Поскольку тексты переводились с санскрита на тибетский язык в разное время, мы говорим о старых переводах и новых переводах. Эти две категории далее подразделяются на множество подшкол, но, по сути, все они тождественны. Все они — учения Будды. Это чистые слова самого Будды. Поэтому все школы, сколько бы их ни было, происходят ли они от ранних или поздних переводов, нингма ли это, кагью, сакья или гелуг, — на самом деле отличаются только названиями. По своей сути все они единое учение — слова Будды. Это значит, что, хотя мы должны следовать той традиции, к которой нас привлекло, недопустимо критиковать другие школы. Если мы практикуем в своей традиции с верой и преданностью, значит, мы следуем безошибочному пути Дхармы Будды. Если же, напротив, мы практикуем с пристрастием и с чувством обособленности и превосходства своей школы, полагая, что только наша практика правильна, и очерняем другие учения, то мы совершаем очень серьезную ошибку. Будда сказал, что только он и те, кто на одном уровне с ним, могут судить других. Никто иной не вправе этого делать. Следовательно, поскольку воплощения будд и бодхисаттв есть повсюду, не критикуйте других. Напротив, привыкайте к чистому восприятию и практикуйте те учения, которые хочется.
Если продолжить ту же тему, можно сказать, что у нас, тибетцев, есть одна особенность: все мы, даже дети, знаем мани. Среди нас нет ни одного, кто не верил бы в Дхарму. Это просто невозможно представить. Конечно, теперь мы всего лишь беженцы, но, покидая свою страну, все мы хранили в своих сердцах — и сейчас храним — Три Драгоценности. Мы не бросили их там. Мы должны практиковать с беззаветной верой в них, объединяя многообразие учений Будды в единой сущности. Кроме того, невозможно практиковать все учения в отдельности. Никто* не в состоянии этого сделать и даже не знает, каким образом это возможно! Поэтомувопрос заключается в том, как все эти учения и практики собрать воедино. Будда сказал: откажись от всех дурных дел, усердно твори добро, полностью овладей своим умом — вот учение Будды.
Что такое зло? Что называют неблагим? Зло — это действие, причиняющее вред другим. Более того, говорится, что мы должны воздерживаться не только от причинения вреда другим в настоящее время, но и от поступков, которые повредят нам самим в будущем (как следствие неблагой кармы). Опять‑таки, что такое благо? Это добросердечие, желание помочь другим. Именно это мы называем бодхичиттой. Если у нас доброе сердце, желание блага другим, и если мы приносим пользу и другим, и самим себе, то мы творим добро. Добро проистекает исключительно от доброго сердца. Можно замечательно произносить молитву прибежища, но, если при этом мы таим дурные мысли, это бессмысленно. Как говорится, «При добрых намерениях все основы и пути хороши, при дурных намерениях все основы и пути погибли».[41] Благое намерение, добросердечие — вот что должно быть у нас всегда. Именно это, а не что‑то грандиозное или изощренное, и есть Дхарма, и ничто иное.
Для пояснения этой истины служит история о троих верующих, которые достигли состояния будды благодаря одному и тому же глиняномуца–ца[42]. Один человек сделал это ца–ца с великой преданностью и верой в Три Драгоценности. Потом другой человек нашел эту фигурку на обочине дороги. Он рассудил, что негоже оставлять его так, потому что оно размокнет от дождя. Поскольку у него не было ничего лучшего, он накрыл ца–ца своим башмаком, который снял с ноги. Третий человек обнаружил это ца–ца, накрытое башмаком, и был страшно возмущен, считая, что это недопустимое проявление неуважения. И он отбросил башмак. Конечно же, неправильно ставить башмак на ца–ца, но поскольку второй человек сделал это с искренним и добрым намерением и с верой в Три Драгоценности, его поступок был благим. Говорят, что все трое достигли просветления.
