Ровно через десять секунд перед моим столиком выросла официантка. Как и на всех остальных, на ней был розовый фартук. Она была чуть старше меня. Красавицей ее, конечно, не назовешь, но целое море веснушек на щеках делало ее очень милой. Она вытерла мой столик, склоняясь над ним так низко, будто собиралась лечь. Даже вытряхнула пепельницу (вообще-то я не курю, но совершенно не склонен терроризировать курильщиков). И она тоже проделала это просто, стараясь не привлекать особого внимания.
Потом вытащила розовую ручку и сказала:
— Здравствуйте, меня зовут Сильвия. Что будете пить?
— Чай, — выпалил я. Я хотел заказать меланж, но меня совершенно выбило из колеи, как она назвала свое имя. Голос тоже оказался очень приятным. Никакого вам манерничанья. А ведь многие девушки разговаривают так, словно перед ними установлен невидимый микрофон.
Официантка записала заказ и провела кончиком ручки по волосам, поправляя заколку, которая соскользнула ниже, чем нужно. Я успел рассмотреть ее заколку в форме кита, выпускающего фонтан воды.
— Кушать будете?
— Я бы, пожалуй, съел пару сосисок.
Обычно я не веду себя, как миллионер, но сегодня у меня с самого утра маковой росинки во рту не было.
Она раскрыла меню.
— У нас только десерты и мороженое. Выбирайте.
Я внимательно изучил множество профессиональных фотографий, изображавших всевозможные торты и десерты. И вдруг мне пришло в голову, что сейчас самое время попробовать изысканный десерт из мороженого. Я пролистал меню, но того, что искал, не обнаружил.
— А почему в меню нет «липиццанера»? — спросил я.
Она улыбнулась, будто я удачно пошутил, и сказала:
— Великоват для меню, вы не находите?
Я понимающе улыбнулся в ответ. Но в душе поклялся задушить пана Куку сразу же по возвращении. Я снова склонился над меню и указал на весьма аппетитный кусок торта.
— Тогда вот это.
— Один «кардинал», — сказала она. — Все?
— Пока да, спасибо.
— Отлично, — она развернулась и прошла за стойку.
Это была самая милая официантка, какую мне когда-либо доводилось видеть. Я бы с радостью поболтал с ней еще и, кстати, спросил, что же такое этот чертов «липиццанер» на самом деле. Похоже, она не из тех, кто тут же поднимет тебя на смех, если ты чего-то не знаешь.
К сожалению, торт принесла другая. С черными крашеными волосами и яркой косметикой на лице. Как у всех этих раскрепощенных дам, которых показывают в ток-шоу. Перед камерой они одной рукой поглаживают колено соседа, а другой тянут в рот орешки со стола. Эта, например, все стояла и стояла у моего столика, теребила свои черные крашеные волосы, а когда я просто начал есть торт, смерила меня таким взглядом, словно я самый большой невежа, когда-либо вступавший в эти стены. Может, она ожидала, что я захочу ее поблагодарить? С ними не угадаешь.
Некоторое время я следил глазами за официанткой с заколкой в виде кита, но у нее было много работы за стойкой, и не было похоже, что она скоро освободится. Жаль. Уж если не вышло поболтать, так хотя бы дать чаевые. Она точно не дочь миллионера.
Я вытащил из сумки открытку и прислонил ее к вазе с цветами, чтобы не запачкать тортом. Закончив есть, взял салфетку, чтобы набросать письмо родителям. Писатель я не великий, и мне требуется время, чтобы придать написанному хоть какой-то смысл. Вот что я написал:
