Писатель и художник Халльгрим Хельгасон — одна из самых ярких фигур в современной исландской культуре. Знаменитый фильм "101 Рейкьявик" снят по мотивам его одноименного романа. Беспощадная ирония, незаурядный талант пародиста и мастерское владение словом принесли Халльгриму заслуженное международное признание. Его новый роман "Советы по домоводству для наемного убийцы" написан автором на исландском и английском языках.По неверной наводке профессиональный киллер Томислав Бокшич убивает федерального агента. Теперь ему нужно любой ценой бежать из Нью-Йорка, однако в аэропорту его уже ждет ФБР… Единственный шанс на спасение — убить первого встречного, мало-мальски похожего на него самого, и улететь по его документам. Жертвой оказывается священник, собравшийся по делам в Рейкьявик. И Томислав попадает в холодную Исландию, где его радостно принимают новоиспеченные братья во Христе и где, как ни странно, ему и впрямь предоставляется шанс стать кем-то другим…* * *Исландец Халльгрим Хельгасон — художник и писатель, автор романа "101 Рейкьявик", по мотивам которого снят известный одноименный фильм. В его новой книге благочинной Исландии придется пережить визит беглого наемного убийцы. Терять киллеру больше нечего, зато у него есть шанс многому научиться и многое приобрести. Но надолго ли?.. Это безжалостная, остроумная пародия на сюжет о духовном перерождении.* * *Творчество Хельгасона — это бесспорное свидетельство нового расцвета исландской литературы.Die Welt* * *Восхищает его актуальность, его новизна, его хулиганская манера переворачивать с ног на голову наши представления о серьезной литературе.The Guardian
От матери я получил имя Томислав, фамилия моего отца Бокшич. В Штатах, после первой же недели, я превратился в Тома Боксича. А уж затем в Токсича.
Каковым остаюсь и поныне.
Я часто задаюсь вопросом, кто кого отравил: я свою фамилию или она меня? В любом случае опасность вам со мной гарантирована. По крайней мере, так говорит Мунита. Для нее опасность — как наркотик. И сама она — динамит. Она жила в Перу, пока ее семья не погибла от бомбы террориста. После чего она перебралась в Нью-Йорк и нашла работенку на Уолл-стрит. К своим обязанностям она приступила 11 сентября. В нашу первую совместную поездку в Хорватию она стала свидетельницей двух убийств. Одно, признаюсь, на моей совести, зато другое — чистой воды случай. В каком-то смысле это было даже романтично. Мы ужинали в ресторане у Мирко, когда парень за соседним столом пустил себе пулю в висок. Несколько капель крови угодили в ее бокал с вином. Я ей ничего не сказал. Она так и так пила красное.
Послушать Муниту, так она вовсе не помешана на насилии, но я-то считаю, что на Горевестника она запала из-за его токсичной натуры. Бомбежки в основе наших отношений. Секс у нас взрывной. Мунита берет телом. Мужские взгляды всегда ползут по ней снизу вверх. Как многие из Латинской Америки, она небольшого росточка, кое-кто даже называл ее толстушкой, но это были их последние слова. Когда она идет по улице, я слышу, как колышутся ее груди. Шух-шух, шух-шух. Мой любимый звук в Америке. Иногда она надевает просторную оранжевую рубаху, и тогда „шух-шух“ слышу не я один. Когда мы познакомились, у меня было такое чувство, что где-то я ее видел. Перед тем как мы поженимся, надо будет ее спросить: может, она снималась в порнухе или выкладывала фотки в интернете?
Вариант с Мунитой-Бонитой для меня идеальный, так как все ее семейство уже на том свете. Ни тебе тещи, ни шурина, никаких застолий на День благодарения, не надо посещать детские праздники и чужие свадьбы и стоять посреди дурацкой лужайки, под ярким солнцем, когда у тебя за спиной толпа народу и ты рискуешь получить пулю в любую минуту.
Муниту Розалес, как магнитом, тянет к убийцам. До меня она встречалась с одним тальянцем с Лонг-Айленда (для нас „итальянцы“ превратились в „тальянцев“, после того как Нико случайно отстрелил букву „и“ на ресторанной вывеске). Хотя послужной список у него гораздо короче моего, можно сказать, что он мой коллега. На родине меня назвали бы plačeni ubojica[1]. В Нью-Йорке эта профессия называется „убийца по контракту“ или „киллер“. С тех пор как я приехал в эту страну шесть лет назад, похоронные бюро не оставались без работы. Мне даже пришла в голову мысль заключить договор с одной из таких контор. Недавно я сказал Дикану: может, тебе по-тихому вложиться в похоронное бюро? Представляешь, какие бабки мы будем огребать с наших жертв? Чпок — и в банк.
Расскажу вам о своей работе. Пять дней я тружусь вейтером в „Загребском самоваре“, красивом ресторанчике на Восточной Двадцать первой улице. Слово
Насчет трех обойм. Я объясняю Муните, что это все из-за окружающей среды. Для меня это не пустой звук. Зачем добавлять грохот лишнего выстрела к городскому шуму, и без того повышенному? Я сказал ей это на нашем третьем свидании, после того как она в очередной раз спросила, кем я работаю. На то, чтобы добиться четвертого, ушел месяц звонков и проникновение со взломом.
Извините, что сразу не уточнил. „Сделал обойму“ значит, что за каждой из шести пуль последовали похороны. Шесть патронов — шесть гробов. С плачущими вдовами, цветами и всем, что полагается.
