— Ну и замечательно, — резюмировал Коннор. — Хорошего вечера, юные граждане, — и он покосолапил к своему дому.
Вечер у Коннорсов прошёл почти также как и прошлый, за тем исключением, что сегодня у них в гостях был Хэнк. И понятно почему именно сегодня: он переживал за Келли. Она весь вечер пыталась убедить его, что с ней всё в порядке, и новый регулятор отлично подошел и работает. Хэнк же высматривал, вдруг что-то всё-таки не в порядке, а его традиционно успокаивают, но так ничего и не высмотрел.
До прихода Коннора Майор Пэйн торчала на коленях у человека и пела ему свои кошачьи песни о том, что жить хорошо и жизнь хороша, но как только Хэнк пытался её погладить, пружинисто била лапой по руке. Она хоть и не выпускала когтей, но наглядно показывала, что это её дом и её правила, и нечего тут руки распускать.
Коннор, только переступив порог дома, почувствовал, как он за сегодня утомился. Всё говорило в пользу незамедлительной перезагрузки и спящего режима. Он заглянул в гостиную, поприветствовал Хэнка и сразу процокал на тюфячок, где он замечательно отдохнул накануне. Радостные собаки тут же оккупировали большого серьёзного зверя. Ещё вчера они выбрали его старшим в своей компании, оценив как тот уверенно пользуется лучшим спальным местом. Кроме того, медведь внушал им уважение своими габаритами, потому собаки быстро устроились рядом. Так, с их точки зрения, было безопаснее отдыхать. Майон Пэйн, прежде чем устроится на меховой лежанке-медведе, обтёрлась щеками и о медвежью морду, и о меджвежьи лапы, чтобы странно пахнущий зверь обрёл запах их жилища — её жилища. Коннор учуял эту метку, но уже начал погружаться в перезагрузку и потому спокойно прикрыл глаза. Вообще, кошка позволяла себе некоторые вольности в отношении всех обитателей дома, но она же кошка — ей можно.
Следующий день начался с посещения киберклиники. Нужно было заправить картриджи жидкостью для омывания оптики. Заправку проводил обычный техник. Эта манипуляция не требовала присутствия высококвалифицированного специалиста. Сам доктор Розен с утра должен был присутствовать на каком-то научном не то семинаре, не то конференции, но к назначенному времени обещал подъехать с оборудованием и помощниками в офис СК-9 для диагностики систем буйного зоодроида-пони.
К офису кинологической службы Коннор подъезжал, чувствуя внутреннее воодушевление от своего отличного технического состояния и от впечатляющего внешнего вида. После дополнительной коррекции скина его черная шерсть казалась лежащей шерстинка к шерстинке, словно только что из-под щетки. Кроме того Келли купила ему ещё один длинный яркий шарфик, который можно было завязывать бантом на шее. И если вчера у Коннора был один красивый бант, то сегодня их стало уже два. Так у него целая коллекция заведётся.
Прибыв в офис Коннор обнаружил неожиданное оживление. Оказывается, нянька, работающая у мистера Джонса, примчалась с просьбой вернуть её подопечным девочкам их любимицу. Но по своему выражению просьба скорее походила на ультимативное требование. Коннор первый раз в жизни видел андроида, да ещё андроида-няньку, с подобным типом поведения: Норт с её агрессивными заскоками до этой разогнавшейся в боевой настрой АХ700 было далековато. Обычно подобную напористость при решении вопросов Коннор видел у людей. «Лучшая защита — нападение», а различные манеры поведения андроиды, как известно, очень быстро перенимали у людей, и чаще хорошо знакомых. А такая вот дамочка вполне могла не только нахамить. Страшно представить, что она предпримет, если ей пусть и отдаленно покажется, что её подопечных обижают. Смертоносная фурия с ангельским личиком. Жуть. Коннор повел плечами, оценивая ситуацию из-за угла и прикидывая, как лучше появиться на поле действий. Корневые протоколы вроде тех, что отвечали за защиту детей или ненападения на людей, у девиантов оставались, просто работать могли иначе и в очень редких случаях видоизменялись до такой степени, что андроид становился способен к убийству. Кроме специализированных моделей, конечно, как военные или как его линейка. Поэтому разозлённые кибернетические «мамки» были существами не менее опасными, чем биологические. Коннор отлично помнил историю, произошедшую с популярной моделью-няней перед самой революцией. Она защищала хозяйскую девочку, которая как позднее выяснилось тоже была андроидом, от агрессии её отца, пробила ему голову, но к счастью не убила.