На следующий день после всех мероприятий, касавшихся Розовой пони, она была отправлена домой до суда в сопровождении её хозяек и их решительной няни. Теперь пони выступала и в роли потерпевшей, и отчасти в роли обвиняемой стороны. Интересный намечался прецедент. Это была уже работа и забота Алекса, а у самого Коннора были немного иные проблемы. Малыш-медвежонок развивался и требовал к себе повышенного внимания. Несмотря на то, что со своим родным телом он управлялся превосходно, когда Коннор отдавал ему инициативу, из-за определенных аппаратных ограничений он начал выказывать желание переместиться в гуманоидный корпус. Коннор тоже хотел бы вернуться в корпус RK800, но постоянно что-то мешало: то сверхурочная работа, то какие-то непредвиденные неприятности. И это если не пугало, то как-то напрягало, не говоря о том, что думать о самом процессе переноса делалось просто страшно. Когда казалось, что всё уже готово — один из буферных серверов вышел из строя, и пришлось неделю ждать нового, поскольку делать перенос без дублирующего было опасно. Если случится авария в процессе переноса, то часть личности или даже вся личность может быть потеряна безвозвратно. Коннор смиренно ждал, а чтобы ожидание не казалось таким томительным, усердно работал в СК-9 и постоянно следил за новостями.
Несколько дней шли наряжённые дебаты в Конгрессе с подогреваемыми СМИ общественными настроениями как в положительную, так и в отрицательную стороны решения вопроса. И наконец дополнения к поправкам, касающиеся прав и статуса искусственных животных, тириумных питомцев, детских дроидов-компаньонов, а так же продвинутых обладающих личностью искусственных интеллектов были приняты и внесены в основное законодательство. Теперь на синтетических животных распространялись такие же права, как на девиантов и не пробудившихся андроидов в соответствии с их настоящим статусом.
Громкое дело зоодроида-пони прошло в суде довольно быстро и без осложнений. Судья учла глубокую психологическую травму подсудимой, а также не подлежащие сомнению результаты её экспертизы и назначила той общественные работы в одном из детских приютов города. Работа с детьми — это то, для чего она и была создана. Это не наказание — это применение полезных навыков по их прямому назначению. Подобные приговоры, которые неискушенной публике могли показаться мягкими и чересчур оправдательными, в новом направлении судопроизводства по делам, связанным с синтетическими гражданами, были не такой уж редкостью. В отличие от человеческого мозга, не поддающегося полной расшифровке и анализу всех содержащихся в нём мыслей и стремлений, тут после тщательного исследования вполне можно было составить достоверную дальнейшую модель поведения личности. Так что пони, признанная способной к полной реабилитации, продолжала дружить со своими близняшками и работать в приюте. А вот ушлому компьютерному «гению», отцу семейства, досталось по полной программе. Правда ходили слухи, что в качестве наказания ему придется работать на правительство, но в эти подробности никто особенно не вникал.
К концу дела Розовой пони Коннор переговорил с доктором Розеном о возможности пересадки личности Медвежонка в гуманоидный корпус, но для этого нужно было его найти. Можно было бы за раз и Коннора вернуть в давно ожидающий, отремонтированный корпус, и Медвежонка переселить на новый носитель. Проблема была в том, что новых андроидов-детей большими партиями больше не выпускали. Иногда их собирали по тем или иным причинам, но это были единичные экземпляры, и такие корпуса были недоступны, поскольку активно использовались их настоящими владельцами-обитателями. Но очередь на детские модели корпусов не стояла, андроиды-дети, ставшие девиантами за прошедшие года, успели повзрослеть фактически и юридически, и ожидали свои взрослые тела. Первые свободные детские корпуса должны были появиться в конце октября - начале ноября. Поэтому было решено подождать и ещё недели две пожить в режиме "два в одном".
***
Приближался осенний праздник Тыквоголового Джека — Хэллоуин, один из любимых детских праздников, когда можно нарядиться в костюм сказочного или фантастического персонажа и клянчить конфеты у соседей в обмен на неделание гадостей. Как Коннор знал, даже если отсыпать ребятне конфет, то это может не спасти дом от закидывания рулонами туалетной бумаги, например. А уж если откупиться лакричными ирисками вместо популярных шипучек и тянучек, то можно и пару сырых яиц под крыльцом обнаружить. По запаху. Спустя несколько дней. Однако в этот праздник и всякая взрослая человеческая нечисть тоже активизировалась, поэтому все, у кого детей нет, отправлялись на дежурства. Так решили в городском департаменте полиции, и год за годом эта традиция соблюдалась.