Вторая лестница была заметно шире, крепче и надёжнее и с лёгкостью могла выдержать крупного металло-пластикового зверя, центнер килограмм которого хоть и был меньше массы натурального медведя, но тоже значителен при размерах ста семидесяти сантиметров длинны тела и восьмидесяти сантиметров высоты в холке. Забраться было не сложно, только передвигаться в не своём теле не очень удобно. Опять же лестницы на электронных или на натуральных медведей не рассчитывались, а конструировались для людей. Забравшийся наверх Коннор осторожно, проверяя каждую панель в полу, обошёл внутри здание по периметру. Теперь он имел конкретную цель, а именно открытое окно с противоположной стороны там, где лестница не позволяла забраться сразу. Большую оконную створку по верху рамы придерживали шарнирные петли. Открывалось оно наружу и фиксировалось в положении проветривания двумя распорками по бокам. Коннор высунулся в проём и посмотрел вниз. Расстояние до земли было внушительное, а высоты он слегка побаивался. Правда, для машины, какого бы вида она не была, спикировать со второго этажа по собственной инициативе при контроле ситуации в процессе сущие пустяки. Он собрался с духом, перегнулся через узкую нижнюю раму и выставил вперёд передние лапы. Легонько оттолкнулся задними и скользнул в окно, пытаясь тормозить лапами по стене склада. Звук скрежета когтей по металлической обшивке вызвал множество ошибок слухового модуля и оказался крайне неприятен. По субъективным оценкам его собственной системы тириумный насос ушёл в пятки, что объективно по конструктивным характеристикам и с точки зрения физики, произойти не могло. Собственные ощущения на этом, однако, упрямо настаивали.
Фургон пункта охраны стоял напротив ворот, и если кто-то и наблюдал за самим складом, о том, что творится вокруг здания, можно было судить по трансляции с камер. Но охранять скорей всего оставили людей, а те занялись своими делами и за объектом наблюдали не особо внимательно. «Элвис покинул здание», — порадовался мысленно Коннор фразой, услышанной в одном из старых фильмов.
Медведь с жёлто-оранжевым кольцом диода на виске приземлился на лапы, перекувырнулся и рванул в ближайшие чахлые кусты между строениями, чтобы не быть замеченным и не напугать людей снова.
Продиравшийся сквозь ветки Коннор внезапно остановился от наконец настигнувшей его умной мысли. Сбежать-то он сбежал, а вот как теперь известить Хэнка о том, что он жив? Времени прошло достаточно, наверняка тому сообщили о случившемся. И, вероятно, останки поврежденного корпуса законсервировали для возможного дальнейшего использования собратьям — другим оставшимся RK. Всё-таки его модель дорогая и редкая, а запчасти, то есть биокомпоненты, в каждом центре техподдержки не валяются.
— Вот чёрт! — выругался Коннор вслух, и тут же обнаружил ещё одну неприятность: медвежий голос.
Голосовой аппарат модели был не предназначен для человеческой речи. Вернее, не откалиброван для неё, а настроен на соответствующие мычащие, урчащие и ревущие звуки, издаваемые медведями. Обычное, хоть и крепкое ругательство, с медвежьим акцентом звучало крайне устрашающе, но пугать кого-то вдобавок и звуком, не говоря про внешний вид, не хотелось. Коннор вновь полез в системные настройки и стал пытаться калибровать свойства звукопередачи. Это требовало долгого и кропотливого труда, а тут в кустах, в грязи, под стеной одного из обветшалых складов что-то не очень получалось. После двадцатиминутной работы Коннор поговорил сам с собой.
Вылепленный голос был далёк от собственного. Звучание было ниже, и мычание с ревом то и дело проскакивали. Но если бы он сейчас задумал к кому-либо обратиться, то его речь поняли бы, а не приняли за зверский рык. В приоритете задач крупно высвечивались навязчивые сообщения о самопоставленной «Связаться с Хэнком», и для этого надо было найти телефон.
Вот тут андроид осознал следующую неприятность: нет выхода в сеть — нет интернет-телефонии и GPS-навигации, нет карт местности… Выполнение задачи «Связаться с Хэнком» заметно усложнялось. Когда Коннор справился с моментом нестабильности системы, по-человечески называемой замешательством и паникой, он стал рассуждать: как люди ориентируются в пространстве, когда у них нет навигатора? Очевидно, по каким-то заметным объектам. Коннор стал восстанавливать в собственной памяти дорогу до склада. Дорога, центральный проезд между ангарами, была неухоженной. Перед поворотом на территорию складов, куда он со спецназом прибыл для осуществления захвата, стояла стандартная остановка общественного транспорта, рядом с которой был телефон-автомат.
Приблизительная карта с незначительными пробелами тут же была построена, и воодушевлённый собственной сообразительностью Коннор потрусил по обочине в направлении выезда, стараясь держаться подальше от камер видеонаблюдения и единичных полицейских дронов, иногда залетающих и в это полузабытое место при своём патрулировании.