Цыгане всей своей этнической ОПГ, табором, то есть, компактно проживают в посёлке Зубчаниновка. Которая территориально входит в Кировский район. И это пазл мы отметим номером один. «Колбасники» из местного ОБХСС стреножили самостийных торгашей тоже в Кировском. Это пазл будет у нас за номером два. А третьим пазлом у меня в голове высветилось то обстоятельство, что советник юстиции Вячеслав Александрович Ивлев также надзирает за законностью в Кировском районе. Причем, так надзирает, что пойманных на горячем цыган он арестовал всего лишь на десять суток! И то только после животворящего пинка парторганов. А, если еще учесть качество собранных материалов уголовного дела, то и вовсе странно всё это! И таки да, в деле этом, кроме его санкции на десять суток ареста, просто обязаны были адовым огнём гореть его строжайшие указания по устранению косяков следака, и оперов-бэхов! А их, указаний этих, по какой-то странной странности в деле нет ни одного! И это при том, что в прокуратуре товарищ Ивлев работает не первый год, и даже не десятый. Опять же, он не восемнадцатый помощник районного прокурора, а самый первый руководитель той самой прокуратуры района. Он в Кировском районе наиглавнейший прокурор! Советник юстиции! Сиречь, подполковник, если мерить по армейско-милицейской табели. Это я всё к тому, что юрист он, безусловно, опытный и в самой высшей степени квалифицированный. По-другому здесь просто быть не может! Но вот почему-то так случилось, что многоопытный Вячеслав Александрович взял и пропустил через себя так неряшливо собранное дело. Нет, не думаю, что у меня сейчас обострение параноидальной предубеждённости, но что-то мне подсказывает, что бесплатно такие системные совпадения не происходят! И в одну кучу одновременно не собираются. Даже в советской прокуратуре.
Следующей мыслью в моей дефективной голове мелькнуло, что в случае скандала, лично прокурор Ивлев не шибко-то и пострадает. Санкций на полноценный арест он милицейскому следаку благоразумно не дал! И, мало того, при этом он не пошел поперёк руководящей, и направляющей линии партии. Да он практически безгрешен! Так что все пряники посыпятся на головы ментов. В том числе и на мою многострадальную. Поскольку и я тоже есть мент туповатый, и зело далёкий от процессуального профессионализма.
А вот хер на воротник товарищу Ивлеву! Не искусаю, так хоть соплями измажу!
— Я о том, уважаемый Вячеслав Александрович, что как-то странно всё это выглядит! — без приглашения уселся я за приставной к прокурорскому стол, — Настолько странно, что дурные мысли начали посещать мою слабую голову! Я их гоню прочь, а они, суки, в неё еще больше лезут! Вы не поверите, Вячеслав Александрович, но у меня такое впечатление складывается, что цыганский табор лично у вас на абонементном обслуживании находится. Я даже думаю, что по льготному тарифу! Ну признайтесь, товарищ Ивлев, только честно, я угадал? Почему вы не хотите санкцию на обыск дать? Кем вам приходится цыган Иоску Романенко? Он вам шурин? Или просто обычный спонсор?
Если бы ненависть, с которой на меня сейчас смотрел прокурор Кировского района можно было конвертировать в градусы по Цельсию, я бы уже испарился в окружающую атмосферу. Вместе с золотым шитьём парадных погон и эмалью «Красной Звезды». Но не сподобил господь прокурора на подобные таланты. К моей безграничной радости.
Ни полслова не ответил мне честный и принципиальный советник. Вместо пустых и никчемных слов он рывком придвинул к себе мои бумажки и вписал в правый верхний угол «Санкционирую». Потом расписался и проставил дату.
— И печать, если можно! — уважительным тоном попросил я надзирающего за соблюдением закона советника юстиции, — А то мало ли что! Цыгане они, сами знаете, они такие!
Всё так же молча товарищ Ивлев выдвинул ящик стола и нервно шмякнув о синюю подушку блямбу печати, проштамповал постановление на обыск и его копию.
— Я очень надеюсь на вашу скромность, Вячеслав Александрович! — забирая с прокурорского стола свою макулатуру, почтительно обратился я к громко и злобно сопящему законнику, — И я, и московские товарищи, мы все будем вам чрезвычайно благодарны, если цыгане не перепрячут свои пистолеты-пулемёты в другие адреса. Повторяю, мы очень будем вам благодарны!
Заметив, как прокурорские глаза стали вылезать из орбит, я торопливо сгрёб своё бумажное имущество и спешно покинул кабинет.
— Дал? — поинтересовался у меня Гриненко, когда я загрузился в машину. — Санкцию дал на шмон?
— Дал, — непроизвольно вздохнув, ответил я, осознавая, что еще одним недоброжелателем в этом городе у меня стало больше. — Смотри, с понятыми завтра не продинамь!
