Современные социологические теории. полностью

Самый выдающийся теоретик систем в социологии — Никлас Луман(1927–1998). Луман разработал социологический подход, объединяющий элементы структурного функционализма Толкотта Парсонса (см. главу 3) с общей теорией систем и привлек понятия когнитивной биологии и кибернетики. Луман считает воззрения позднего Парсонса единственной общей теорией, достаточно сложной для создания базы нового социологического подхода, отражающего последние открытия в биологических и кибернетических системах. Однако в парсоновском подходе он видит два недостатка. Во-первых, в нем нет места для самонаправленности, а, по Луману, способность общества обращаться к себе — центральная для нашего понимания его как системы. Во-вторых, Парсонс не признает случайность. В результате Парсонс не может адекватно анализировать современное общество как таковое, поскольку не думает, что оно могло быть другим. Так, если взять из творчества Парсонса один пример, схему AGIL следует рассматривать не как факт, а как модель возможностей. Например, она показывает, что подсистемы адаптации и целедостижения могут соотноситься по-разному; следовательно, целью анализа должно быть понимание того, почему система порождает конкретное отношение между этими двумя подсистемами в любой заданный момент времени. Луман обращается к этим двум проблемам в творчестве Парсонса, разрабатывая теорию, принимающую самонаправленность в качестве центральной характеристики систем и фокусирующуюся на случайности, на том обстоятельстве, что все могло бы быть иначе.

Ключ к пониманию того, что Луман подразумевает под системой, можно найти в различении системы и ее внешней среды. По сути, это разница в степени сложности. Система всегда менее сложна, чем ее внешняя среда. Например, автомобильное производство можно рассматривать как систему, сталкивающуюся с крайне сложной внешней средой, включающей множество различных типов людей, постоянно меняющуюся материальную среду и много других разнообразных систем[45]. Однако эта сложность в пределах системы представлена в сильно упрощенной форме. Когда производителю требуется сырье (сталь, резина и т. д.), его, как правило, не волнует, откуда оно поступает, как оно изготавливается и каковы его поставщики. Вся эта сложность сводится к информации о цене и качестве сырья. Аналогично, все разнообразие действий покупателей сводится к поступкам, непосредственно влияющим на покупку или не покупку машины.

Упрощение означает необходимость выбора (производителю важно, как производится сырье, но он может не уделять внимания политической ситуации в той стране, где оно производится). Выбор подразумевает варианты, поскольку всегда можно сделать другой выбор (производитель лог бы изучить политическую ситуацию). А случайность означает риск. Таким образом, если изготовитель решит не исследовать политическую ситуацию в стране-производителе сырья, процесс производства может быть серьезно подорван восстанием, прекращающим поставку этих материалов.

Система просто не может быть одинаковой по сложности с внешней средой. Ее попытка сравниться с внешней средой в сложности приводит на ум историю Борхеса (Borges, 1964) о короле, приказавшем одному картографу создать абсолютно точную карту его страны. Когда картограф закончил, карта была размером со страну и поэтому как карта была бесполезна. Карты, как системы, должны уменьшать сложность. Картограф должен выбирать, какие характеристики важны. Карты одной и той же местности, составленные разными специалистами, будут различаться, потому что их выбор характеристик произволен. Это сопряжено с риском, поскольку тот, кто делает карту, никогда не может быть уверен, что не учтенное не окажется для пользователя важным.

Раз системы не могут сравниться по сложности со своей внешней средой, они вырабатывают новые подсистемы и устанавливают между ними различные соотношения, чтобы эффективно взаимодействовать со своей средой. Если бы они этого не делали, их бы поглотила сложность внешней среды. Например, производитель автомобилей может создать отдел внешних связей, на который возложена обязанность исследовать политические условия в странах-поставщиках. Этот новый отдел был бы ответствен за осведомленность производителя о потенциальных сбоях в поставке сырья и за изыскание альтернативных источников в случае сбоя. Таким образом, складывается парадоксальная ситуация, «только сложность может уменьшить сложность» (Luhmann, 1995, p. 26).