Молм и Кук (Molm & Cook, 1995) утверждают, что особую роль в развитии теории обмена сыграли три положения из концепции Тибо и Келли. Первое — внимание к вопросам власти и подчинения, ставшим центральными у Ричарда Эмерсона и его последователей (см. об этом дальше). Тибо и Келли полагают, что источником власти во взаимодействии двух субъектов является способность одного из них повлиять на существо результатов, достигаемых другим субъектом. Они выделяют два типа власти. Первый — «сила судьбы». Это случается, когда актор А влияет на результаты актора Б, «не думая о том, что делает Б» (Thibaut & Kelly, 1959, p. 102). Второй — «контроль над поведением»: «Если, варьируя свое поведение, А вызывает у Б желание также изменить свое, первый контролирует поведение второго» (Thibaut & Kelly, 1959, p. 103). В диаде оба субъекта зависимы от отношений между собой. Поэтому каждый из них в той или иной мере обладает властью над другим. Эта взаимозависимость ограничивает масштаб власти, какую один может проявить в отношении другого.
Второе положение из теории Тибо и Келли, оказавшее влияние на развитие теории обмена, связано с понятиями уровень сравнения (УС) и уровень сравнения альтернатив (УСаль). Оба этих уровня представляют собой стандарты для оценивания результатов взаимоотношений: УС — стандарт, позволяющий действующему субъекту определить, может ли конкретное взаимоотношение привлекательным или вполне удовлетворяющим его ожиданиям. Этот стандарт обычно основывается на оценке того, чего, как действующий субъект он думает, заслуживает в случае этого взаимоотношения. То взаимоотношение, что оказывается выше УС, считается удовлетворяющим запрос; ниже — неудовлетворительным. Установление уровня сравнения базируется на личном или символическом опыте, предполагающем учет всей совокупности известных действующему субъекту последствий поведения. Стандарт УСаль привлекается актором при решении вопроса о прекращении взаимоотношений или их продолжении. Когда последствия оцениваются ниже УСаль, субъект откажется от таких взаимоотношений. Установление уровня сравнения альтернатив базируется на учете наилучших — т. е. обеспечивающих наибольшее вознаграждение и минимальные издержки — из доступных действующему субъекту альтернатив. Молм и Кук утверждают, что такой тип мышления послужил базой для некоторых идей Эмерсона о социальных сетях: «Хотя Тибо и Келли преимущественно рассматривали взаимоотношения двух людей, не создав из концепции альтернатив понятия социальных сетей, которые предоставляют акторам альтернативу в выборе партнеров, понятие УСаль заложило фундамент для того, чтобы позднее это осуществил Эмерсон» (Molm & Cook, 1995, p. 213).
Третьим вкладом Тибо и Келли в теорию обмена стало понятие «матрицы результатов». Это способ наглядного изображения «всех возможных событий, которые могут произойти при взаимодействии А и Б» (Thibaut & Kelley, 1959, p. 13). Две оси матрицы — элементы поведенческих «репертуаров» субъектов А и Б. В каждую клетку заносятся «результаты, представляющиеся вознаграждением для субъекта и издержками, понесенными им в каждом конкретном эпизоде взаимодействия» (Thibaut & Kelley, 1959, p. 13). Эта матрица применялась в 1960-е и 1970-е гг., например, при изучении заключаемых сделок и вопросов кооперации, чтобы рассмотреть модели взаимозависимости, а эти исследования, в свою очередь, «стимулировали в дальнейшем более сложное изучение социального обмена» (Molm & Cook, 1995, p. 214).
Теория обмена Джоржда Хоманса.Сердцевиной теории обмена Джорджа Хоманса является ряд фундаментальных положений. Хотя иные из постулатов Хоманса касаются по меньшей мере двух взаимодействующих индивидов, он уточнял, что они, тем не менее основаны на принципах психологии. Согласно этому исследователю, подобные постулаты имеют психологическую природу по двум причинам. Во-первых, «они обычно устанавливаются и эмпирически верифицируются людьми, называющими себя психологами» (Homans, 1967, p. 39–40). Во-вторых, и это более важно, они носят психологический характер вследствие того уровня, на котором они изучают индивида в обществе: «Это постулаты о поведении отдельных человеческих существ, а не о группах или обществах как таковых; а поведение человека, именно как человека, обычно считается компетенцией психологии» (Homans, 1967, p. 40; курсив мой). Поэтому Хоманс соглашался, что он «— ужасное выражение — психологический редукционист» (Homans, 1974, p. 12). Редукционизм, с точки зрения этого исследователя, есть «демонстрация того, как положения одной науки [в данном случае социологии] логически вытекают из более общих положений другой науки [в данном случае психологии]» (Homans, 1984, p. 338).
