Последние несколько страниц этой книги были посвящены некоторым микротеориям: теории обмена, феноменологической теории и этнометодологии. Хотя в последних двух теориях разделяется мнение о вдумчивом и творческом действующем лице, подобный взгляд не поддерживается сторонниками теории обмена. Тем не менее, все три теории изначально имеют микроориентацию на исполнителей, их действия и поведение. В 1970-х гг. подобные теории упрочились в социологии и были готовы заменить более макроориентированные теории (такие, как структурный функционализм, теория конфликта, неомарксистские теории) в качестве доминантных теорий в социологии (Knorr-Cetina, 1981a; Ritzer, 1985).
В конце 1960-х гг. марксистская теория наконец начала «вторжение» в американскую социологическую теорию (Cerullo, 1994; Jay, 1984). На это есть ряд причин. Во-первых, господствующая теория (структурный функционализм) подвергалась враждебной критике по ряду позиций, включая излишнюю консервативность. Во-вторых, радикальная социология Миллза и теория Конфликта, хотя и не представляли собой сложное марксистское учение, заложили основу американской теории в рамках марксистской традиции. В-третьих, 1960-е гг. стали эрой негритянских протестов, пробуждением женского и студенческого движений, а также движения против войны во Вьетнаме. Многих из молодых социологов, обучавшихся в этой атмосфере, привлекли радикальные идеи. Сначала данный интерес проявлялся в том, что тогда называлось «радикальной социологией» (Colfax and Roach, 1971). Радикальная социология была полезной, поскольку она работала, но подобно творчеству Миллза, она была довольно неубедительной в том, что касалось деталей марксистской теории.
Трудно выбрать какое-либо одно произведение, ставшее существенным для развития марксистской теории в Америке, но «Социология Маркса» Генри Лефевра (Lefevr, 1968) на самом деле сыграла важную роль. Ее важность заключалась в основном аргументе, который гласил, что Маркс, хотя не был социологом, все же в своих работах затрагивал многие социологические проблемы. Возрастающее число социологов обращались как к работам самого Маркса, так и многих марксистов за идеями, которые могли бы способствовать развитию марксистской социологии. На первых порах это означало, что американские теоретики, наконец, всерьез занялись чтением Маркса, в дальнейшем американские социологи отметили важность многих положений марксистского учения.
Американских теоретиков больше, чем кого-либо другого, привлекала деятельность критической школы, в частности из-за того, что она объединяла теории Маркса и Вебера. Многие произведения были переведены на английский, а некоторые ученые написали книги о критической школе (например, Jay, 1973; Kellner, 1993).
Вместе с тем рост интереса явился институциональной поддержкой для подобного направления. Несколько журналистов уделили значительное внимание марксистской социологической теории, включая «Теорию и общество», «Телос», «Марксистские исследования». Секция марксистской социологии была создана в Американской Социологической Ассоциации в 1977 г. Не только первое поколение теоретиков-критиков стало хорошо известно в Америке, но также получили широкое признание мыслители второго поколения, особенно Юрген Хабермас.
Развитие важных положений американской социологии, сделанных с марксистской точки зрения, имело огромное значение. Так одна группа социологов занималась исторической социологией в соответствии с марксистскими воззрениями (например, Skocpol, 1979; Wallerstein, 1974, 1980, 1989). Другая же группа анализировала экономическую сферу с точки зрения социологии (например, Baran and Sweezy, 1966; Braverman, 1974; Burawoy, 1979). Во многом увлечение традиционной эмпирической социологией диктуется здравым смыслом, заключенным в марксистской теории (например, Kohn,1976).
