Но почему, черт возьми, Долорес хочет сделать такой «подарок» человеку Калебу несмотря на то, что до этого планировала истребить весь человеческий род? В конце концов, люди – это только то, что за них решила система. Однако в своей памяти Долорес находит след, сначала почти лишенный смысла, механический, но постепенно становящийся все более осознанным, все более «своим». Этот след – картинка, изображение «ее одной в поле, и больше никого», как сказала Мэйв, подруга Долорес из «Мира Дикого Запада», тоже андроид, обретший сознание. Образ, который напоминает о возможности видеть красоту.
Долорес: Некоторые видят уродство этого мира, его хаотичность. <…> Мы с тобой столько видели. Так много боли.
Мэйв: Я понимаю твою злость на них [
Д.: Нет. Сперва я была зла, разрывалась меж двух стремлений. Мы можем уничтожить их или можем разрушить их мир, надеясь построить новый. Тот, что поистине свободен. И тогда мы вернем остальных. <…>
М.: Ну конечно. И ты планировала освободить мир, сподвигнув одного [
Д.: Не только его. Ты не выбрала сторону. И я понимаю, почему. У нас мог быть свой мир, мы бы оставили этот, бросили наших создателей умирать. У меня столько ужасных воспоминаний. Но те, что я сохранила до конца, такими не были. Я помню, как я видела, на что они способны по-настоящему. Моменты доброты, здесь и там. Они создали нас и знали о красоте столько, чтобы научить нас. Может, они и сами ее найдут, но только если ты выберешь сторону, Мэйв. В этом мире и правда есть уродство и хаос. Я хочу видеть красоту. (Третий сезон, восьмая серия «Теория кризиса».)
На самом деле Долорес изначально была запрограммирована как андроид с «поэтической душой», это было частью ее «роли» простой и чуткой сельской девушки. И в самом деле, начиная с первого сезона сериала, она неоднократно восклицала: «В этом мире есть уродство, хаос… но я хочу видеть красоту!» Только сейчас, в финале третьей серии, окружающие обстоятельства, выражение лица и тон ее голоса меняют – почти незаметно, но радикально – смысл высказывания. До этого момента Долорес видела красоту, потому что это было обязательным условием ее роли, так диктовала ей программа, а не истинная свобода воли. С другой стороны, незадолго до этой сцены в финале, в начале последнего эпизода, голос Долорес за кадром обозначил ту точку, в которой произошел разрыв между механически сделанным выбором и свободной волей: «Некоторые видят уродство этого мира, хаотичность. Меня научили видеть красоту. Но меня учили лжи. И когда я увидела, каков мир на самом деле, то поняла, насколько мало в нем красоты». А теперь происходит кое-что еще: сначала Долорес нужно было увидеть красоту, которой не было, теперь она говорит о красоте, которая есть, о той, которая существует, пусть даже только в ее памяти, и ее выбор наконец
Не будем останавливаться на драматизме самого сюжета сериала, достаточно сосредоточиться на одном аспекте. Свобода возрождается, о чем уже шла речь раньше, когда в душе вспыхивает удовольствие, а настоящее удовольствие приносит только красота: Долорес называет это еще и добротой – в ее воспоминаниях мы видим человека, посетителя, который однажды посмотрел на нее с уважением и нежностью, что определенно противоречило желанию получить удовольствие, за которое он заплатил и ради которого пришел в «Мир Дикого Запада».
