Гвардеец задрал рукав на куртке пленника, обнажая его запястье. Аарон тут же положил золотую цепочку наруча. Ник даже не шелохнулся, когда металл запузырился и зашипел, проникая под кожу, где превратился в такую же татуировку с изображением крылатого льва, как у Джоанны.
– Теперь он привязан ко мне, – сообщил Аарон и схватил предплечье пленника, накрывая своими изящными пальцами золотистую метку.
Ник с подчеркнутым равнодушием обвел взглядом кафе и, когда мимоходом посмотрел на барьер, слегка улыбнулся, будто стараясь ободрить всех, кто стоял по ту сторону.
Затем Аарон сделал шаг, увлекая за собой пленника.
– Нет! – воскликнула Джоанна, бросаясь на невидимый барьер и усилием воли стараясь развоплотить его. Однако он упрямо сопротивлялся дару. – Нет!
А через секунду Аарон с Ником растворились в воздухе.
Джоанна слепо уставилась на пустое пространство, где только что находились Ник с Аароном и гвардейцы.
– Мы должны отправиться за ними, – только и сумела выдавить она, хотя понятия не имела, куда они переместились. Ник мог находиться теперь в любом времени – в прошлом или будущем. Она покачала головой и снова прошептала: –
Женщина с лебединой шеей опять заполучила Ника. И Аарон работал вместе с ней в этой хронологической линии. Джоанна не хотела в это верить.
– О ком вы говорите? – поинтересовалась Рут. Невзирая на крайнее утомление, ее зеленые глаза смотрели внимательно. Она желала получить ответы и больше не собиралась ждать. – Кто такая «она»?
– Кое-кто, на чье исчезновение я очень рассчитывала, – вздохнула Джоанна. – И думала… – Она не сумела закончить предложение.
Ей лишь однажды удалось увидеть источник всех их несчастий, ответственную за сотворение героя женщину: хладнокровную и жестокую красавицу с золотистыми волосами и длинной лебединой шеей. А также обладающую невероятной, невозможной властью над хронологической линией, которая позволяла останавливать и перезапускать события. Стирая и оттачивая моменты жизни Ника, пока он не начал ненавидеть монстров настолько, что сделал своей миссией их уничтожение. «Снова», – повторяла женщина раз за разом, приказывая, чтобы родных парня убивали опять и опять, в ином порядке, иными способами. Она пытала Ника до тех пор, пока не удовлетворилась результатом, заявив: «Ты готов. Идеальный герой», – и одобрительный тон странно диссонировал с ледяным выражением лица.
После чего Ник отправился убивать монстров, в том числе семью Джоанны.
В конце он сказал: «Я знаю, насколько сильно ты меня ненавидишь». Она покачала головой, хотя действительно ненавидела его. Но и любила тоже. Желала быть с ним больше всего на свете.
«Я люблю тебя, – вздохнул тогда Ник. – Всегда любил».
Они поцеловались, и, пусть и всего на мгновение, Джоанна позволила себе поддаться чувствам. А потом использовала свои запретные способности, отматывая назад его жизнь. Их родные вернулись, а прежний Ник исчез. Теперь они с ним были как кусочки паззла – когда-то подходившие друг другу, но безнадежно сломанные.
– В прежнем потоке событий герб принадлежал той женщине, – сообщил Джейми. – Я видел во снах, как она носила его.
Джоанна заметила, что он снова едва сдерживал дурноту: обхватил себя руками, накрывая живот. Когда молодой Лю слишком близко подобрался к правде происхождения героя, красавица с лебединой шеей пленила его и держала в заточении. Джейми не рассказывал, какие пытки вынес, однако они изменили его.
Рука Тома на плече партнера напряглась, а на линии челюсти проступили желваки.
– Я должен выяснить ее личность. Наверняка она занимает высокое положение при дворе.
– Это ничего нам не даст, – мягко произнес Джейми. – Многие важные персоны вращаются в самых влиятельных кругах. Могущественные члены совета… некоторые главы семей… монстры с необычайно сильными способностями… особо приближенные аристократы…
– Вы вообще о чем? – наконец не выдержала Рут. – Иная хронологическая линия? – Она говорила медленно, точно прикладывая огромные усилия, чтобы произнести каждое слово. Все трое повернулись к ней, и сразу стало ясно, насколько в действительности истощило применение дара кузину. – Существует только одна линия. Отражающая волю Короля монстров. Нынешняя.
Джоанна обняла ее одной рукой и повела к ближайшему диванчику в нескольких шагах от них. Затем положила ладонь на лоб Рут и ужаснулась тому, какой ледяной была ее кожа.
– Что вообще творится? – спросила кузина. – И в этот раз не отделывайся обещаниями рассказать все позже.
Джоанна не хотела, чтобы родные когда-либо узнали о кошмарных событиях прежней линии времени, которая иногда воспринималась далеким сном. Стоны, которые издавала бабушка перед смертью. Ранение Рут в живот и ее мольбы спасаться. Множество трупов в саду, их безжизненно раскинутые руки и ноги. И то, какой потерянной и сокрушенной горем от потери семьи чувствовала себя тогда Джоанна. До сих пор чувствовала.
Она наклонилась к сидевшей на диванчике кузине и взяла ее за руку, стараясь подобрать слова.
