Ласковые руки привычно помогают снять пальто, обнимают сзади. Выверенные движения. Не слишком грубо, но так, чтобы ощутить мужскую силу и жар тела. Почувствовать себя в безопасности. Почувствовать себя желанной. Выдох в шею. Сколько специалистов работало над этим? Сколько тестов и дублей понадобилось, чтобы достичь такого совершенства? Делает ли он это сам или сдерживает тошноту, не в состоянии справиться с собственным телом, нашпигованным электроникой?
========== Два процента ==========
— Отключить программу имитации личности. Отключить импланты. Запрет на использование того и другого.
Знакомые теплые карие глаза стекленеют. Тело выпрямляется и коченеет в едином положении, словно от холода.
— Приказ выполнен. Какими будут дальнейшие указания?
На полке стоит коллекция стеклянных ваз. Очень хочется протянуть руку, схватить тонкое горлышко и, размахнувшись, грянуть об пол. Разбить, разрушить эту невыносимую тишину между вопросом и ответом.
Оксана запрещает себе раскисать. Так надо. Но это оказывается гораздо страшнее, чем представлялось вначале…
***
Она купила его в подарок себе на тридцатилетие. Неудачное раннее замужество оставило горькое послевкусие — муж не мог смириться с тем, что Оксана была сильнее и успешнее него, и, не сумев добиться большего результата в профессиональной сфере, предпринял попытку задавить юную жену грубой силой: запрещал ей краситься, а потом и вовсе выходить из дому.
Те времена прошли, и теперь молодая, ухоженная хозяйка известной элитной медицинской клиники ожидаемо притягивала взгляды. Блондинка с аккуратным узлом пшеничных волос и неизменным шелковым шарфиком на шее. Строгие деловые костюмы создавали дополнительную дистанцию, а высокие шпильки предупреждали о характере их обладательницы, подобно ярким полосам рыбы фугу. Мужчины давно уже интересовали Оксану лишь в качестве деловых партнеров или специалистов экстра-класса, которых она находила и периодически переманивала к себе на работу. Попытки ухаживаний неизменно встречали отказ. В своих поклонниках Оксана отчетливо видела либо то же ревнивое презрение, что и в глазах бывшего мужа, либо откровенное желание пожить за ее счет. Оксана понимала: где-то, конечно, должны существовать и другие, хорошие и надежные парни, но на их поиски уже не было ни сил, ни желания — вся энергия уходила в любимое дело.
Но потребность в сексе никто не отменял, а случайные связи вызывали у Оксаны отвращение, да и еще поди найди кого-то, желающего большего, чем совершить десяток телодвижений, а затем с чувством выполненного долга захрапеть. И обладающего схожими вкусами, ведь далеко не каждый захочет экспериментировать, подчиняться и подчинять. Да, Оксана любила играть, чтобы разрядка была не только физической, но и эмоциональной. Чтобы ощущать власть и отдаваться власти, излишняя простота и мягкость в постели навевали скуку.
Irien* по имени Елисей обладал всеми этими достоинствами и, казалось, не имел недостатков. Точно по заказу, метр восемьдесят три, чуть выше Оксаны, но именно чуть, чтобы удобнее было целоваться. Немного моложе — биологический возраст двадцать шесть лет. Почему бы и не позволить себе такую прихоть? Длинные волосы теплого оттенка, высветленные на концах, чтобы создавать забавный намек на лисий хвост. Хозяйка звала своего киборга Лисом. Лис прекрасно выполнял свои базовые функции, программа имитации личности позволяла встречать владелицу с работы, вести необременительные беседы, шутить и скрашивать иллюзией присутствия ленивые вечера за фильмами.
Личный киборг был выгодным вложением еще и потому, что дом Оксаны находился за чертой города, на границе лесополосы, и обширный сад от бора отделяла лишь колючая тисовая стена. Пусть Irien не DEX, но и небольшая надстройка системы стоит дешевле полноценного охранника-киборга. Заработавшая каждую копейку собственным трудом, транжирой Оксана не была.
Лис уже спал — хозяйка не любила пустую постель. Она бездумно переключала каналы, ожидая, пока и ее сморит сон. Передачу, где обсуждали шумиху вокруг признания Ржавого Волка и выступлений Киры Гибульской*, Оксана увидела случайно. Из-за загруженности работой новости она не смотрела давно, так что теперь услышанное стало шоком. Телевизор тихо лопотал, и с каждым сказанным словом все больше немели пальцы. В конце концов пульт выпал, увязнув в длинном ворсе ковра у кровати. В первые секунды трудно было все: дышать, моргать, собственное сердцебиение показалось чуждым, посторонним звуком. Находиться в комнате с НИМ стало невыносимо. Оксана выбежала в сад, на покрытые холодной росой ступеньки.
“Что мне теперь делать?”
Она сдавила виски ладонями, накрутила локон на палец и дернула. В руке осталось несколько светлых волосков. Непобедимая дурная привычка…
Оксана заставила себя успокоиться и вернуться в дом. Если задержится в саду — киборг ощутит сбой в поведении хозяйки и проснется, чего допустить ни в коем случае нельзя. Ей надо прийти в себя. Оксана привыкла встречать сложные ситуации с азартом и готовым планом действий, но сейчас была совершенно растеряна.
***
Лис спал и дышал ровно и тихо, как всегда. Оксана села на постель и вгляделась в его лицо.
“Два года. Может, меньше”.
Острое отвращение к себе заставило судорожно сглотнуть. Затем нахлынул страх, вспомнились жуткие кадры, неизменно следующие за каждой новостью об очередном сорванном киборге.
“Что если и он?”
