Мила вышла через калитку, я двинулся ей навстречу… и замер. Она была не одна. Не замечая меня, она шла за руку с Антоном, смотрела только на него, видела только его, и ее улыбка излучала счастье. Я никогда не видел ее такой счастливой.
Я проваливаюсь в пропасть…
Я смотрю на них и вижу это — идеальную симметрию их биополей. Редчайшее совпадение. Мила, моя драгоценная, любимая… и Антон.
Мое сознание сковывает холод. Я не могу двигаться, не могу думать, не могу дышать.
Мила заметила меня. Она побледнела, и на ее лице отразился страх. Антон проследил за ее взглядом, увидел меня, его глаза полыхнули ненавистью.
Она обернулась к нему и что-то сказала. Антон не отрывал взгляда от меня. Мила продолжала настойчиво что-то ему говорить, и, в конце концов, он вернулся через калитку во двор. А Мила подошла ко мне.
-Так вы теперь вместе? -я слышу свой голос словно через толщу воды.
-Да… оказалось, он любит меня и без заклятия, -на ее лице отражается боль, она что-то ищет в выражении моего лица.
Она не хочет огорчать меня. Добрая. Всегда такая добрая. Я должен сказать ей то, что она хочет услышать. Я собрал всю силу воли, чтобы говорить с ней спокойно, размеренно:
-Мила, если ты счастлива, я тоже буду счастлив.
Ее голубые глаза наполнились слезами, она опустила голову.
-Андрей… -ее голос дрогнул. -Я счастлива. Правда. -я знаю, что это действительно так.
Моя Мила. Нет, не моя, никогда не была моей. Но я должен попросить ее…
-Мила… Возьми обратно свое кольцо. Это подарок. Прошу тебя, - голос изменяет мне, в нем боль, которой я не хотел выражать.
Мила подняла на меня взгляд, она плачет, я не могу этого видеть. Она надела кольцо на палец. На секунду я прижался губами к ее руке, закрыл глаза.
Потом, развернувшись, сел в машину, увидел ее через окно. Она закрыла лицо руками.
Онемение исчезает.
Я чувствую боль, невыносимую, жгучую, сводящую с ума…
Мне нужно проехать совсем немного, только до следующего поворота. Я остановился. Темная пропасть приоткрывается передо мной, но не принимает меня в свои объятия. Я хочу забыться, ничего не чувствовать, хочу… умереть.
Но я не умру. Мне не хватает дыхания. Нет, я буду жить!!! Мы бессмертны. Он — нет. Я дождусь тебя, Мила! Даже если мне придется ждать пятьдесят, сто лет! Сердце мое… Наши судьбы связаны. Я тебя дождусь. И ты будешь моей.
Даже если мне придется ждать вечность!..
Было уже давно за полночь, сквозь закрытые оконные ставни доносился тихий шелест Большого канала. Во дворце не было никого, кроме меня и немногочисленной прислуги.
Я стояла перед зеркалом в золоченой раме, обнаженная, уязвимая. Прикоснувшись к груди, я провела рукой по белой гладкой коже живота, прикрыв глаза, спустилась еще ниже…
Я снова взглянула на свое отражение — приоткрытые влажные губы, горящие глаза. Это влечение, эта сводящая с ума зависимость дремлет месяцами, никак не проявляясь, но стоит мне только увидеть его…
Нет, я не хочу быть его девушкой. Я отлично знаю ему цену: избытком честности и благородства он не страдал никогда. Мог ли он не знать, что делает эта магия с простыми смертными? Но он продолжал равнодушно взирать на всех этих несчастных, ползающих у его ног, алчущих одного его слова или взгляда. Но была бы я так строга к нему, не будь я сама одной из этих несчастных?
Сирены… Самые пленительные существа магического мира. Кто создал их, кто не побоялся их власти, красоты, внутреннего огня? Мы любим их и ненавидим, хотим и презираем.
Хотела бы я быть такой, как моя сестра Роза: стремиться к желаемому, не думая о последствиях, творить темную магию, не страшась кары. Сплести энергию в узел, сотворить событие и смотреть, как мир вокруг меняется по одной твоей воле. Все, что мне нужно — только одна ночь…
Но я не такая, как она. Магия никогда не остается без последствий. Мы напрягаем свою волю, мы плывем против течения, но, в конце концов, судьба все расставляет по своим местам. Даже если бы я могла поступить так опрометчиво, безрассудно, эгоистично, я не смогла бы предугадать, во что все это выльется. В конечном счете, высшая мудрость — никогда не пользоваться магией. Не ходить туда, куда нас не приглашают, не вмешиваться в тонкие материи этого мира, не видя всей картины.
Всего одна ночь… или несколько… Мое тело охвачено огнем, ноги слабеют. Магия сирен, могучая, неумолимая, беспощадная! Как жаль, что сами они не в состоянии понять всей своей силы, не способны ощутить жара пламени, в разы превосходящего твой собственный огонь. Они лишь сталкиваются с последствиями: со скукой и равнодушием отмахиваются от ненужных поклонников и поклонниц, милостиво принимают комплименты от ослепленных их красотой окружающих смертных.
Стоит мне только увидеть его, и я теряю волю. Стоит ему улыбнуться беспечно, обаятельно, и мое сердце тает. Стоит ему проявить доброту, участие, и я не могу не влюбиться в него!
