– Бог мой! – только отозвалась я, нервно выдохнув все, что было в легких, я даже и не знала, что во мне скопилось столько воздуха. Я даже чуть не опустила свои руки, служащие единственной одеждой. Теперь я начала задыхаться, опять эти громкие стуки от несправедливости, отчаяния и… разочарования в Марке. – По этой причине он разбудил тебя? Чтобы сообщать радостную новость и, наконец, обрести планету вместе? – я не стала утаивать мысли.
– Именно.
– Но… подожди! – вдруг я нашла неточность в своих суждениях.
Все это время я думала о Марке, как о человеке, который стремится сохранить свою власть любой ценой, но стал бы такой засыпать от отчаяния с надеждой проснуться, когда планета будет найдена, а когда все случилось кардинально менять свое решение и отказываться от мечты? Неужели я ошиблась, а он говорит правду? Колыбель не пригодна для жизни! Нет! Это невозможно, я проверила самые важные моменты, наша раса определенно сможет приспособиться к условиям этой планеты.
– Кайра? – вытащил меня из раздумий Марк. – О чем ты подумала?
О том, какого черта ты не хочешь спускаться на Колыбель?! Я не могу все еще выйти из собственных мыслей.
– Помнишь? Я чувствую твои страхи, сомнения, тревогу, – подталкивал меня к ответу он.
– Помню, как и то, что нет смысла спрашивать тебя одно и то же. Но Марк?! Гай ведь, наверняка, проверил ее вдоль и поперек, куда тщательней меня! – Вижу лишь недовольный вздох, я знаю, что это и есть тот максимум, что я могу получить в ответ. Хорошо, я привыкла, хоть и сложно с этим мириться. Но я все-таки спрошу: – Ему-то ты сказал «почему?»
– Он знает, – получаю неохотный и сухой ответ.
Каким бы тоном Марк не произнес свои слова, они могут звучать только как приговор. Приговор самому себе. Все, что сделал Гай, и что последовало за этим, только доказывает насколько я права в своем желании. Гай никогда бы не разбудил Марка, не убедившись полностью в пригодности Колыбели и тем более не стал бы рисковать собой и противостоять ему, чтобы добиться того же, что хочу я! Теперь моя очередь пытаться.
– Кайра? – снова слышу его зов.
Черт, мне еще предстоит свыкнуться с мыслью, что он будет слышать каждый неровный удар моего сердца и каждую злую эмоцию в моем мозгу, а главное, отныне и всегда мне придется контролировать все, что я чувствую, причем, не блокируя эту возможность. Дурдом не иначе!
– Ты же теперь знаешь, что в моей душе! Привыкай! Так будет каждый раз, когда я подумаю о Гае, о тех, кто в сопоре или еще попадет туда и неважно по чьей вине, а также… о том, чего никогда уже не будет, – я успела осознать и это.
В своем желании съязвить, я нечаянно поймала собственную стрелу. Мне действительно страшно, больно, обидно, тревожно и паника отнюдь не наблюдает со стороны, стоит мне подумать о вариантах будущего. Особенно того, где ему не будет места.
Марк обреченно опустил взгляд, молча проглотив мои слова. Чувства, что я испытываю сейчас, скажут ему куда больше, чем любое объяснение, что я могу дать. И, похоже, это действует, ведь он даже не попытался возразить мне или оправдаться. Но вот что странно, помимо прочего меня так и душат иные переживания. Вина, сожаления, раскаяние, ненависть к себе буквально режут на части все мое нутро, кажется, даже обреченность и нежеланное смирение присутствуют рядом. Марк сказал, что его кровь и мне позволит разделять с ним все самое мрачное, похоже, это и есть его внутренний мир, что сейчас гложет меня изнутри, а точнее его. Но вот стоило мне уловить его состояние, я начала терять все, что его беспокоит, наверное, берет себя в руки, как и я, перед тем, как собраться с мыслями.
– Кайра ты права, они действительно твои дети в каждом из них бьется жизнь благодаря твоей крови. Но поддерживаю ее столько лет я. И только благодаря моим поступкам, по-твоему, хорошим или плохим они до сих пор живы. Я дал вам способность к вечности, именно я спас вас от Игнис, и вы живи сейчас. И я не позволю тебе разрушить созданный мною мир, какое бы благо тобой не двигало. Ни Гаю, ни тебе. Надеюсь, когда-нибудь вы оба поймете меня.
Стою безмолвно. Не могу я реагировать на подобное, как ему хочется. Либо я взорвусь, либо просто промолчу. Первое я уже пробовала.
– Кайра, теперь ты ответь мне, – не стал ждать от меня чего-либо Марк и перевел тему. – Что ты сделала с Саймоном?
О чем это он? Неужели я пропустила его импульсы, когда обращалась к Саймону в последний раз? И теперь Марк будет подозревать меня в чем-то? Нет, я была лишена эмоций и каждое мое движение и мысль были выстроены в четкий план. Остановись! Он же почувствует твою панику!
– Не поняла? – только выдавливаю я, выигрывая несколько секунд, чтобы угомонить свою взвинченность.
– Когда мы трое – я, ты и Саймон в последний раз были здесь, ты сказала, что пыталась заставить его уйти. Так вот. Как?
Ах, он об этом.
– Я хотела вытащить его страх наружу, чтобы…
– Это ложь. Если бы ты сказала любовь, я бы поверил. Это не моя стихия, а Гая. Но страх… Забыла? Я бы сам его почувствовал. Ты снова пытаешься меня обмануть, – нахмурился он, не повышая голоса.
