– Мерзавец! Вот – кто ты!– взорвалась я. Как же тошно от его безжалостной натуры и как же обидно за всех тех, кто лишился жизни из-за него. – И трус! Ты не боишься причинять боль! Физическую! Моральную! Какую угодно! Но боишься сказать, что ты убийца! Чертов жестокий убийца!
Теперь моя очередь терять контроль. Даже не знаю, испытываю ли я удовольствие или мне только кажется. Ведь долгие годы я представляла себе, как выскажу ему, все самое отвратительное, что думаю. Кто-то должен поставить его на место. Я и все еще не все сказала:
– Мне плевать на твой дым и что там ты еще можешь. Та земная Кайра давно мертва, ты убил и ее тоже! Она боялась, она не говорила правды, не перечила, а просто хотела домой! Я же молчать не стану. Ну?! Так что?! Хватит духу признаться?!
– Ты же уже сама сказала, что я убийца! – Его лицо теперь поглощает гнев.
– Кого ты убивал? А? – не успокаивалась я. Мне хочется вытащить его сожаления все и целиком, он должен быть хоть как-то наказан, хотя бы своей совестью. Но для этого мне нужно заставить его делать, что так ему противно – признаться.
– Кайра! Прекрати! Я не убивал. Их смерти были… неудачей.
– Неудачей?! Это было убийство! Ты каждый раз знал, к чему все приведет, но продолжал! Продолжал эксперименты одержимый очередной идеей! Так кого? Скажи! Кого ты убивал?
– Я убивал женщин и новорожденных! – стиснув зубы, проговорил и он. – Тебе легче?!
– Мне не легче, – выдохнула я, пытаясь привести дыхание в норму и присаживаясь на диван. – Какой кошмар… Марк… – все никак не могла привести в порядок мысли я, мотая головой из стороны в сторону. – Почему?.. Зачем ты так?! – вскрикнула я, приподняв голову. – Мне так больно! Марк, мне невероятно больно! Мое сердце буквально кровоточит! – Возмущение, беспомощность и скорбь засели во мне.
– Ты говоришь и чувствуешь как она, – сделал какой-то бессмысленный для меня вывод Марк и сел рядом.
– Сколько жизней ты погубил. Знаешь, я никогда не верила в Бога, но надеялась, что он существует. Сейчас, я точно знаю, его нет. Ведь, если бы он существовал, он бы никогда тебе не простил. Не простил смерти почти всего человечества от рук одного. Самое страшное, что ты продолжаешь добивать несчастные остатки. – Я так хочу быть услышанной им, что четко проговариваю каждое слово.
– Кайра…
– Только не проси простить тебя в очередной раз, – несдержанно перебила я.
– Нет. Я хотел спросить. Ты говорила, что попытаешься понять меня. Ты передумала?
Я застыла на месте, всматриваясь ему в лицо. Час назад, я так жаждала оставаться с ним, слушать его, задать вопросы и… попытаться понять. Но сейчас я чувствую лишь пустоту, словно бездна поселилась во мне. Я не знаю, что ответить. Точнее я не хочу отвечать. И вообще ничего не хочу. Будто надежда умерла.
– Кайра? – попытался оживить меня Марк.
– Знаешь, когда я спала, мне приснился сон, – начала я поникшим голосом. Марк немного прищурился, видимо заинтересовавшись, что я хочу сказать, и я продолжаю: – Давно я не видела снов. Тем более таких. Он будто напомнил мне, что я не должна забывать прошлое и мне все еще есть ради чего жить.
– О… – хотел что-то вставит Марк, но я не дала:
– Мне снился мой дом. Мой настоящий дом. Моя спальня, в которой я росла. Моя семья. Бабушка! И все, что я так любила! Пока ты не вмешался в мою жизнь. – Марк сглотнул. Кажется, ему неуютно. – Моя бабушка… Я говорила с ней. Прежде, чем она исчезла, а все, что мне было дорого, поглотила тьма, она сказала, что я должна быть хорошей матерью. И мой долг – защитить своих детей. Понимаешь? – это был риторический вопрос, но Марк все же хотел что-то ответить. Я опередила его: – Марк! Я сделаю это. Слышишь? Любой ценой. Люди за этими стенами, – я указала произвольно в сторону, – назвали меня своей матерью.
– Кайра, ты действительно себя таковой считаешь? – всматриваясь, словно в самую суть меня, произнес Марк. – И ты действительно готова взять на себя ответственность за их судьбы?
– Готова! И больше твоего, – с уверенностью заявила я.
– Ты так уверена? – даже усмехнулся он, будто родитель над нелепым заявлением ребенка.
– В отличие от тебя, у меня есть план. Я бы даже сказала замысел. – Играет в Бога, я составлю ему конкуренцию. – Единственным препятствием для меня был ты – Дуций и твоя элита. Теперь я не вижу в этом проблему. Они просили вести их, и я дам им то, чего они не дождались от тебя.
– И что же это? – оживился Марк.
– Свобода. Чувства. Дети. Новый дом.
– Новый дом значит, – обдумывая мои слова, поднялся Марк и отошел в сторону.
– Знаешь… – начал было он, но его перебил громкий сигнал, раздавшийся по всему помещению.
Разбитая стойка частично загорелась. Марк осмотрел ее со словами:
– Проклятье, панель сломана. Олимп?!
– Да, сэр! – отозвалась женским голосом система.
– Кто там?
– Мэри, сэр.
– Шутка что ли, – выдохнул Марк, покачивая головой, видимо самому себе. – Выпроводи ее! Нашла время.
– Да, сэр. Только она пытается воспользоваться индивидуальным кодом. Мне остановить ее?
