– Пролив реки крови, моим главным утешением стала… похоть! – Думается мне, Марк неохотно выдавил последнее слово. – Именно она, как мне казалось, должным образом заполняла пустоту. Но люди… их физиология… – Марк делает паузы, будто в его голове столько слов, что он не может уместить все в одну фразу. – Мне всегда было мало. Я не просто придавался утехам, я именно развращал каждого, кто оказывался со мной в постели. – Лицо Марка неестественно злобно исказилось, он стоял ко мне в полуобороте, может, именно для того, чтобы я не видела, что с ним происходит, как тяжело ему дается признание. Тем не менее, он говорил: – Все было неестественно! Грязно! Часто жестоко! – Эти слова он произносил с ужасающим отвращением, чуть ли не брызжа слюной. Даже и думать не хочу, что он творил с людьми, но все еще намерена слушать. – …Сколько бы их ни было, стоило прекратить, пустота снова поглощала меня, поэтому мне постоянно требовалась доза… Кайра! – громко обратился Марк и полностью повернулся ко мне, направив свой самый пронзительный взгляд. – После этого ты все еще хочешь, чтобы я продолжал?! И вообще находится рядом со мной?!
Глядя на него и вслушавшись в интонацию, с которой он проявляет озадаченность, я слышу в ней скрытый смысл. Он словно просит, чтобы я остановила его и в то же время, ждет одобрения, чтобы закончить. А задавая последний вопрос, мне вообще почудилось, что он поражен и возмущен, почему я до сих пор не ушла, привычно оскорбив его. Я должна показать ему, что действительно хочу быть здесь и слышать все это, но обязана ответить ему с должной откровенностью.
– Марк, я хочу!.. – невольно сделала я несколько шагов вперед, стремясь представить свои глаза его взору, чтобы он увидел и во мне неподдельное стремление делать то, что делаю. – Я хочу слушать тебя и узнать о тебе все! Только так, я смогу понять тебя и… быть рядом! Ни одно слово не заставит меня больше осуждать тебя, пока я не узнаю все и не попробую постигнуть причины твоих поступков.
– Спасибо, – немного прищурившись, вероятно не ожидая от меня подобного, тихо поблагодарил Марк. – Хорошо. Тогда… – что-то хотел сказать он, но не стал. Важным оно было или нет, но, возможно, Марк всего лишь решил перейти к делу сразу. – В итоге, со временем я пресытился и этим увлечением. Я оказался в тупике. Снова наедине со своей пустотой, раздавленный собственной беспомощностью. Ни эмоций, ни чувств, ни даже интереса, ни тем более смысла не осталось в моей жизни. Я впервые оказался на грани! – Марк вдруг задумался и произнес тихо, будто напоминая себе: – Как совсем недавно. …Неважно. – Марк помотал головой, будто отмахнувшись от возникшей мысли. Я не могу пропустить подобное заявление мимо ушей, но спрошу позже, чтобы не перебивать его настрой. – Мне помог один человек. Как ни странно именно человек. А ведь я их так долго ненавидел, – снова прошептал, как бы самому себе Марк и сразу вернулся к истории: – Один из тех, кто всецело верил каждому библейскому слову. Хм… библия! – усмехнулся Марк, словно озвучил старый добрый анекдот. – Она абсурдная и в то же время с так необходимыми человеку простыми истинами. – Марк замотал головой и добавил: – Ладно, я снова отвлекся. Этот человек, всецело посвятивший себя Богу, достучался до меня. Сам не знаю, как ему удалось. Но со временем я рассказал ему о своей утрате, конечно, не досконально, иначе бы настоящая истина перевернула и его мир тоже. Тем не менее, его советы определили мою цель. Так цель Лайлы – то ради чего она пожертвовала собой, стала смыслом всей моей дальнейшей жизни.
Марк замолк и направился ко мне, как только он остановился рядом, его взгляду удостоилась не я, а статуя, лишь через какое-то мгновение он загадочно уставился и в мои глаза, он явно тщательно ищет что-то в них. Марк продолжает молчать, всматриваясь внутрь меня. Чего он ждет? Я должна что-то сказать или сделать? Сейчас я совсем не понимаю, что происходит. Но точно знаю, что впереди мой ход.
– Мааарк? – я очень тихо пытаюсь потревожить его, так и не разгадав, чего он ждет.
– Кайра, я думал, ты поймешь, к чему я веду, – не меняя блуждающего по моей душе взгляда, отреагировал он.
– Ты многое упустил в своем рассказе, поэтому я все еще не могу понять…
Взгляд Марк очень отвлекает меня. Я знаю, что он хочет добиться от меня уразумения своих слов, ему важно знать, что он не зря открылся мне. Я должна подумать, поэтому я, несколько раз моргнув, отвожу взгляд в сторону, чтобы пуститься в рассуждения:
