Поднявшись в свою комнату, Хьюга быстро скинула с себя тяжелое кимоно и надела домашний комон, и, распустив волосы она помассировала голову. Несколько секунд она простояла перед седзи, набираясь смелости, прежде чем вышла и медленно спустилась вниз, зайдя на кухню. Джуширо сидел прямо и смотрел в окно, когда она зашла. Услышав ее шаги, он повернул к ней голову и рассеяно кивнул. Они молчали все то время, пока заваривался чай и еще минут десять после, не желая разрушать волшебную тишину злыми словами.
Хината в какой-то мере даже наслаждалась их молчанием, украдкой наблюдая за задумчивым лицом Джуширо: он часто касался волос, пытаясь согнать их с лица, и при этом так по-детски хмурил лоб, что она едва сдерживала умиленную улыбку; его взгляд был устремлен в чашку, но иногда он посматривал на нее, впрочем, так же, как и она на него. Каждый раз, когда их взгляды встречались, куноичи вспыхивала и быстро отводила глаза, чувствуя то, как часто и гулко билось сердце в груди. Хьюга видела, что он хотел что-то у нее спросить, но долго не находил в себе силы для этого, и она не давила на него, терпеливо ожидая. Когда красноволосый прямо взглянул на нее, девушка отставила чашечку и так же посмотрела на него с молчаливым вопросом.
— Ты счастлива с ним? — его голос прозвучал внезапно звонко, разрезав уютную тишину.
Задав вопрос, он продолжал глядеть на нее твердо и непреклонно, и о его нервозности говорило лишь то, как напряглись и побелели костяшки пальцев, которыми он продолжал сжимать чашечку с чаем.
— Я была бы лгуньей, если бы сказала, что нет, — он напрягся еще больше, но девушка продолжила: — Так же, как и, если бы сказала, что да, — его брови взметнулись вверх, а взгляд стал озадаченным. — Мы стараемся, — просто ответила куноичи.
— Он… не обижает тебя? — тихо спросил Узумаки, не удовлетворившись ее ответом.
— Нет, — Хьюга выдержала его долгий, испытующий взгляд.
— Я слышал, что он был груб с тобой на вашей свадьбе, — тяжелый вдох сорвался с ее губ, и Узумаки нервно отвел за ухо прядь, напряженно ожидая ее ответа.
— Я и сама была виновата в том случае. Довела его своим поведением не только на свадьбе, но и до нее, — опережая его следующий вопрос, девушка продолжила: — Да и, не было это чем-то ужасным. Не стоило волноваться.
— Я рад это слышать, — кивнул парень, отпив чаю. — А что это за картина?
— Я могу показать, — коротко ответила Хьюга, опустив глаза.
— Уверена? — участливо спросил красноволосый, заметив ее неуверенность. — Если ты не хочешь…
— Н-нет, — она быстро покачала головой. — Все в порядке. Сейчас допьем чай и пойдем, — быстро пробормотала она, и парень кивнул.
После диалога девушка долго наблюдала за тем, как Узумаки медленно распивает чай, чувствуя нарастающее волнение в груди. Сама она давно уже допила, когда он внезапно попросил у нее еще чашечку. Удивленная его пожеланием Хьюга, все же, налила ему и себе заодно, поняв, что чаепитие немного затянется. Честно говоря, она была благодарна Джуширо за эту неспешность — в глубине души она все еще не была готова вновь увидеть свой портрет и потому наслаждалась этими минутами, ведя хоть и несколько неловкую, но от этого не менее интересную, беседу с Узумаки.
Напряжение между ними так и не пропало: иногда возникали паузы, пересечения взглядов и нечаянные прикосновения рук, которые смущали ее, но Хината принципиально ничего не говорила ему в укор, а лишь делала вид, что не замечает их. Это было неправильным — она знала, но ей хотелось позволить себе такую маленькую слабость, воспользоваться коротким уединением и хотя бы спокойно поговорить, ведь очень на вряд ли, у них это вновь получится в скором времени.
То, что они смогли вот так, вдвоем, придти сюда было лишь совпадением и то, если бы Ринго-сан не была столь настойчива, Джуширо не стал бы подходить к ней. Как бы то ни было, поняв, что они несколько засиделись, Хьюга встала из-за стола и стала убирать чайные принадлежности.
— Я могу помочь? — вежливо спросил красноволосый, но куноичи отрицательно мотнула головой, протирая стол. — Все же, позволь мне, пожалуйста, — попросил парень, посмотрев на нее снизу-вверх. Замявшись на секунду, она кивнула, и Узумаки встал и улыбнулся ей. — Отдохни немного, — сказал он, засучив рукава своего косодэ.
Хьюга послушно села, став наблюдать за тем, как он моет посуду. Узумаки делал это медленно, с особой тщательностью намыливая фарфор, и так же осторожно смывал с него пену, ставя сушиться на подготовленное полотенце. Несмотря на кажущуюся медлительность движений, закончил он, на удивление, быстро и вскоре повернулся к ней, вытирая друг о друга мокрые руки. Опомнившись, девушка вскочила и подала ему полотенце, вздрогнув от холода его пальцев.
— Спасибо, — выдохнула Хьюга.
— Мне не сложно, — красноволосый пожал плечами, слегка улыбнувшись уголками рта.
— Ну, — она прикусила губу, не зная, как это сказать. — Идем? — наконец тихо спросила девушка, и парень понятливо кивнул.