В большом глубоком овраге, в грязи и луже по бедро, под проливным дождем, накрытый теплым непромокаемым плащом, сидел человек с изуродованным лицом. Он ждал, уже вторую ночь ждал. По его расчетам, именно тут должна пройти свора Вертиней*, что пугала местные деревни. На их совести были уже две вырезанные деревни. Людей было жалко. А тварей было всего восемь. И они пришли. На задних лапах, оглядываясь и переговариваясь между собой. Они шли, не скрываясь, дождь сделал их движения странными, шаги перестали быть пружинистыми, а маленькие лапы вязли в грязи. Пропустив вперед группу монстров, ведьмак тенью взлетел на дорогу и бросил в спины воспламеняющее заклинание. Сожгло троих последних и заставило ещё двоих с жутким воем свалиться на землю. Трое невредимых оскалились как по команде и стали медленно обходить ведьмака, зажимая его в кольцо, а тот уже творил легкое, но мощное заклинание, на которое уйдет не так уж и мало сил. Кольцо огня мгновенно зажглось сзади Вертиней и, молниеносно сужаясь, понеслось к ведьмаку, испепеляя все на своем пути. Жуткий визг и вой прервались мгновенно, а огонь остановился у ног ведьмака и, чуть лизнув его сапоги, исчез. На неширокой лесной дороге остался выжженный круг и восемь кучек пепла. Дождь полил с новой силой, а ведьмак открыл портал и оказался у дверей таверны. Последнее заклинание, стационарного портала, когда-то заставил его выучить Соэлен. От воспоминаний заныло сердце, а разум подкинул мысль, что с паршивой овцы хоть шерсти клок, и тот паленый будет. Теперь у него семья, скоро будет ребенок. Шесть лет прошло, даже странно, что так долго эльф ждал. А вот ведьмаку теперь ждать нечего. Он заберет деньги и уедет отсюда подальше. Чтоб больше никогда не видеть его и не слышать о нем. НИКОГДА.
* Вертини - волк ходящий как на двух, так и на четырех лапах. Ходят только стаей, хитры до безобразия. Самый маленький, притворяясь раненым, выходит к деревне, и когда деревенские выходят его добить или полюбоваться на урода, стая нападает. Ест только людей. Ненавидит все живое, оставляя за собой обглоданные останки, сваленные в одну большую кучу. Промышляют и живут с сумерек до рассвета. Убить можно огнем и кислотой.
Комментарий к части
Мало, но мне кажется емко.
Часть 26
За восемь лет ведьмак объездил почти весь мир, побывал в самых удаленных уголках страны, поднимался на вершины гор и спускался в подземелья. Он голодал, когда не было работы, и тянул до последнего, не залезая в заначку в благоустроенных странах, где специально обученные рыцари ездили по дорогам во все концы и бывали в самых дальних селах, отлавливая нечисть и тварей. Он месяцами жил в деревнях и городах, где за околицу жители старались не выходить из-за страха быть съеденными. Бывало так, что ведьмак, выполнив задание, возвращался в деревню, а там и платить некому, напали с другой стороны и всех убили. Бывало, что хотели обмануть и выгнать ни с чем. Но Слен всегда находил правильные слова или действия, дабы вразумить людей. А иногда он брался за такие задания где плата заведома меньше риска. Такие, как сейчас. Он и некромант в паре идут по пещерам близ города Сманертир в поисках какого-то мифического сундучка, в котором хранятся семена травы, способной вылечить от болезни местную знахарку. И охраняют этот сундук местные монстрики. За три часа прохождения по этим темным пещерам Слен стал ненавидеть камень. А еще слизь, что была у местных жителей вместо крови. Кто тут только не встречался. Старые добрые циклопы*, весельчаки**, плакальщики***, скелеты и зомби, личи и арпины****, сантариты***** и многие другие. Сейчас, уже встретив всех этих милых обитателей пещеры, Слен не верит, что сможет выбраться живым, а вот некромант другого мнения. Он опровергает все представления о некромантах. Слишком бодр и весел, отправляя очередного смертника за грань, комментирует это, как будто он на подмостках театра. По всем его комментариям можно было бы сказать, что из него получился бы отличный шут. Но жезл в руках******, сила в заклинаниях и горящие красным глаза опровергают это.
- Слен, посмотри, какой он милый.
Фаринар взял в руки черепушку только что упокоенного скелета и показал мне, влив в голову немного силы, отчего глазницы засветились, а челюсти защелкали.
- Очень. Посади в него дома герань.
- Точно. Как только осяду, сразу же заведу себе такие горшки. С геранью. И кота.
- Кота?
- Да. Лесного.
- Это который яблоки жрет?
- Это который на нас сейчас смотрит.
И в самом деле, на нас смотрел серый кот. Обычно такие в лесу живут, жрут мышей и лесные яблоки, царапаются сильно, гады, охраняют свою территорию. А этот живет в глубине пещер. И судя по косточкам рядом с ним, жрет ящериц. Тех самых, что огнем пуляют. И сидит он на ларчике, что нам достать надо.
- Так, я беру кота, а ты - ларчик.
- Эй, ты некромант, а не зомбяк, он тебя за посягательство на лоскутки пустит.
- Посмотрим.
