Письма, снова письма с витиеватыми подписями и ужасно сильно надушенные. Счета из мастерских и приглашения на балы. Все это было знакомо и обыденно. Цвета конвертов отличались. Счета лежали в серых, приглашения в белых, а признания обычно в розовых или красных. А вот фиолетовое послание ведьмака заинтриговало. Мало того, что не было подписано от кого оно, так еще и цвет был насыщенный, яркий с перламутровым переливом. Ни для кого не секрет, что цвет бумаги должен быть таким же, как и цвета домов в иерархии страны. Таким образом, зная цвет, можно сказать, от какого дома пришло письмо. Но данный оттенок был ведьмаку незнаком. Открыв конверт, он пробежал глазами небольшое стихотворение. Кто-то просил прощения. Посидев над листочком с полчаса, он даже догадался прочитать первые буквы строф и увидеть слово "прости". Кто-то явно чувствовал себя виноватым в чем-то перед ним. Неделя до начала учебного периода прошла достаточно быстро и без серьезных эксцесов, хотя человеку все время казалось, что за ним кто-то следит. Море направленной подчиняющей магии он отражал на деревья, кустарники или самих горе-магов и недоумевал. Ну неужели они настолько тупые? Его силой или шантажом заставить легче, чем магией, а они все действуют неправильно и именно поэтому он пока еще свободен. Об эльфе Слен запретил себе думать, но тот как назло стал являться к нему ночью в снах. Он любил Слена, целовал, нежил в руках и дарил безделушки. Во сне человек был счастлив рядом с эльфом. Перед началом нового семестра ведьмак решил провести очищающий ритуал. Он освободил комнату и зажег свечи вокруг себя. Удобно сев в в центр круга, Слен прочел шесть довольно легких заклинаний, призванных очистить ауру от ненужного. В принципе, все свечи полыхнули шесть раз, заклинания сработали, можно погасить их и пойти по своим делам, но тут человек вспомнил их единственный романтический ужин. Эльф не стал париться, а взяв две порции в столовой, принес их в комнату. Зажег везде свечи... а ночь в ореоле горящих свечей... Кажется именно сейчас ведьмак понял, что все. Перегорело. Ему больше не больно. Ему больше не обидно. Все, что было, то было, и в памяти осталось только хорошее, плохое же стерто под корень. Отрезано. Все. В сердце пусто, в сердце выжжена пустота. И что теперь он сможет спокойнее отнестись к эльфу. Только ученикам спуска не будет, а то расслабились тут...
Первый учебный день после каникул всегда сложный. Ученики возбуждены эмоциями: кто от встречи с одноклассниками, кто от поездки к родственникам, а кто еще от чего. Именно поэтому ведьмак всегда просыпался раньше и выходил в класс еще до главного гонга, обозначающего начало урока. И именно он стоял у стола с огромной кружкой и попивал крепкий кофе с коньяком, когда на него с потолка упала огромнейшая коробка, обклеенная яркой бумагой. От столкновения с твердым предметом (голову ведьмака назвать мягкой нельзя, не то что некоторых учеников) она открылась и шарики, ринувшиеся на свободу, сбили своим количеством ведьмака не только с толку, но и с ног, он-то ожидал, что они, как минимум, тяжелые. Воспарившие шарики чуть-чуть приподняли коробку над полом и начали смещаться вправо по дуновению ветра от открытой двери и возгласа "Ахххх" от студентов, расположившихся не только за партами, но и на балконах. Самых смышленых ведьмак посылал на балкон, а потом там же проводил с ними дополнительные развивающие занятия. Письмо, прикрепленное к веревочкам шариков, вместе с коробкой слишком близко подплыло к стене, на которой всегда горел факел. Надо ли говорить, что все девушки закричали, когда раздался первый громкий "Бам" от подпаленного шарика. А потом еще и еще. И вот, наконец, письмо опустилось так низко, что загорелось от спиртовки, стоявшей рядом и подогревавшей колбу с одной из опытных смесей. Первым в себя пришел все таки Слен. Он встал, посмотрел на содержимое своей кружки и, быстро подойдя к горящему письму, вылил из лейки воду, таким образом туша костер. Присосавшись к кружке и убрав лейку туда, откуда брал (а это хрен знает, никто не видел), Слен забрал пострадавшее письмо и, сев за стол углубился в чтение, оставив шарики на разграбление ученикам. Письмо оказалось подпалено в неожиданных местах и опять же фиолетового с перламутровым переливом цвета.
"Слен... Прости меня... Я боялся... нежели твои сородичи. Я вспоминал... вспоминаю тебя все время. Я выбирал с... примеряя твой характер на него. Я видел тебя в... Я молил л... Я хочу, чтоб ты ж.. . Мне плохо без тебя. Я ... тебя и это правда. Прости ..."
письмо было подпорчено не только огнем но и водой, что его потушила. Разобрать более внятно не было возможности. Ясно было одно. Кто-то о чем-то сожалеет.
- Учитель, от кого это?
- Тут не подписано.
- А что это?
