Сожженные мосты полностью

Вторым был министр обороны Ричард Нолан. Бывший бизнесмен, председатель совета директоров Нортроп Грамман, член попечительского совета «Бритиш-Американ Аэроспейс». Средних лет, с благородной проседью, с орлиным носом, следящий за собой. Один из немногих людей в Вашингтоне, который умеет одеваться с иголочки и правильно носить пошитый в Лондоне на Сэвилл-Роу костюм. Про Нолана ходили разные слухи, никто не мог точно сказать, что из этого правда, а что — нет. Вполне возможно было, что Нолану тайно принадлежала часть из расплодившихся в последнее время во множестве частных военных компаний. Также не исключалось, что он был в доле с Кевином Лугаром, спецпредставителем Президента САСШ в Мексике, человеком, коррумпированным настолько, что это было уже неприлично. В Мехико отравлялись деньги, поскольку нормальной банковской системы там не было — их отправляли транспортными самолетами (!!!), и куда они потом девались — никто не мог точно сказать[145]. Кое-кто шепотом говорил, что большую часть денег, якобы отправленные в Мексику из федерального казначейства никто даже не грузил в самолеты, их разворовали прямо в Вашингтоне. Одно было несомненно — Ричард Нолан был стопроцентным ястребом и не потому что он ненавидел Российскую империю, а потому что ему надо было зарабатывать на жизнь.

Сам Кевин Лугар приехать не смог — он был занят делами в Мексике. Не забывая, естественно и про свой карман.

Третий — заместитель государственного секретаря САСШ Пол Крейг. Низенький, толстый, усатый, в дешевых очках в роговой оправе — ястреб на сто один процент, фанатик. «Агрессивный патриот» — самое лучшее определение для таких людей. В отличие от всех остальных, он не был особо богат и возможно, поэтому был настолько радикален в своих суждениях и предложениях.

Четвертый — советник президента по вопросам национальной безопасности, Джон Мак Фадден. Единственный за долгие советник президента по НБ, который не имел генерального либо адмиральского звания. В армии он отслужил только срочную службу, потом более десяти лет работал в СРС. Службу в СРС он прервал «по состоянию здоровья», ни он сам, ни СРС не желало озвучивать истинную причину разрыва. Основал «Американский институт демократии», занимавшийся подрывной деятельностью, поддержкой антиправительственных организаций в разных странах мира, стал членом попечительского совета РЭНД-корпорации. Неоднократно высказывался публично о том, что мир станет намного лучше, когда с трона будет свергнут последний монарх и во всем мире наступит демократия. Он сам в соавторстве с сотрудниками своего института издал несколько книг с советами по ведению антигосударственной и подрывной деятельности. В России, в Японии, в Священной Римской Империи данные книги входили в индекс запрещенной литературы. Каким образом этот человек стал советником по вопросам национальной безопасности и что он уже успел насоветовать президенту — то история умалчивает.

Пятый — самый опасный из всех. Джек Мисли, бывший председатель совета директоров Нортон Ойл, ныне вице-президент Североамериканских соединенных штатов. Удачливый бизнесмен в отличие от президента, опытный менеджер и администратор. Официально — не слишком богат, хотя знающие люди говорили, что его состояние приближается к миллиарду долларов. Супруга — председатель совета директоров Кингс Ойл, компании, получившей монопольное право на разведку и добычу нефти в мексиканской части Мексиканского залива. Тайный покровитель нескольких других компаний, организатор головокружительных афер. Так, например, еще в девяностые, когда у власти была демократическая администрация, ему каким-то образом удалось за бесценок скупить огромное количество устаревших армейских машин. Теперь эти армейские машины, модернизированные на принадлежащем ему заводе в Техасе, занимались перевозками для контингента стабилизации в Мексике по заключенному с министерством обороны. Втридорога, естественно, а как иначе. Как и министр обороны, вице-президент был «разъяренным ястребом» только на словах, только потому, что ему надо было зарабатывать деньги.

Были еще несколько человек, которые входили в этот закрытый клуб, в сообщество неоконов, в том числе двое или трое журналистов, пара руководителей непонятных держащихся в тени фондов и ассоциаций — но сейчас их здесь не было. Собравшиеся представляли собой нечто вроде исполнительного комитета неоконов — незаконного, отсутствующего в конституции, ничем не ограниченного в своей власти органа, определяющего политику страны на будущее. Во многих странах их сборище было бы квалифицировано как антигосударственный заговор, но Североамериканские Соединенные Штаты были свободной страной.

Когда Джон Уайт вышел на террасу, министр Нолан ел свежее, только с решетки мясо, да с такой жадностью, будто не ел целую вечность, вице-президент Мисли стоял у ограждения веранды, вглядываясь куда-то вдаль, в сторону университета. Стоило только догадываться, как он заставлял нервничать Секретную службу. Остальные скучковались и что-то вполголоса обсуждали…