Третий — в темных очках, с непроницаемым выражением лица. С автоматом в руках — это привычка гражданских, постоянно держать в руках автомат, военным это так надоело, оружие, что они носят его на ремне и берут в руки только когда это действительно нужно. Действительный статский советник Вахрамеев чем-то походил на… Павелича. Того самого адвоката Павелича, ушедшего от возмездия государственного преступника, совершившего геноцид целого народа. Потом, многим позже я узнаю, что Вахрамеев, как и Павелич был юристом, да не просто юристом — а доктором права и лектором в Багдадском университете.
Остальных я никого не знал, их было не меньше десяти человек все — либо в штатском, либо в форме казачьей стражи. Оружие у всех.
Князь Абашидзе, выходя из машины, поднял руку в приветствии.
— Господа, поприветствуем нашего брата.
Как оказалось — я должен был обменяться с каждым из присутствующих рукопожатием. Обязательно правой рукой — я заметил это, потому что Вахрамеев был левшой, он неловко переложил автомат, подал мне правую. Для этих людей рукопожатие правой рукой имело серьезное символическое значение.
Черная Гвардия…
С начала двадцатого века жизнь в Российской Империи стала стремительно радикализироваться, общество — раскалываться. Начали возникать политические партии, причем как это и всегда бывает при зарождении партийной политической системы, все партии отличались радикализмом и стремились занять не центр политического поля, но его фланги. Воистину, государственную мудрость проявил Николай II, когда не запретил совсем партию конституционных демократов «кадетов», несмотря на явные доказательства подрывной деятельности ее верхушки, действий, граничащих с государственной изменой, бунташских высказываний и намерений, открытой помощи врагу во время войны. Он рассудил, что верхушка партии — это еще не вся партия, и если запретить партию целиком — радикализируются ее приверженцы, разбредутся по крайним лагерям. Время показало, насколько он был прав — сейчас партия конституционных демократов имела большинство в Думе и была единственным связующим звеном между монархистами и социалистами. Своей неустанной работой она не давала расхождениям во взглядах между правыми и левыми превратиться в бездонную, зияющую пропасть. Возможно, своей работой кадеты напоминали всем, что несмотря на диаметрально противоположные взгляды, и монархисты и социалисты все же являются русскими людьми.
К началу двадцатого века помимо кадетов, основная политическая жизнь велась на флагах. На левом фланге как и всегда (и как только они собирались управлять государством!) был бардак, там действовали большевики, социалисты-революционеры (эсеры), народники, еврейская запрещенная организация Бунд. Традиционно, левый флаг был глубоко враждебен государству (а если здраво рассудить то и всему русскому народу), среди левых было большое количество не только террористов но и откровенных уголовных преступников. Например, убийцы и грабители банков Котовский и Джугашвили (Сталин) лихо воплощавшие в жизнь лозунг «грабь награбленное». Большая часть левых испытывала звериную ненависть к русским и к русскому народу, они предпочитали жить за границей, куда действовавшие в России боевики, грабители, вымогатели пересылали часть от награбленного. Самое страшное — что часть нарождавшейся деловой элиты страны благоволила левым, рассматривая их как орудие против ненавистной монархии, давала им деньги и немалые на жизнь, на легальную политическую деятельность на пропитанную ядом агитацию. В своей низости левые дошли до того, что во время кампаний Второй отечественной,[338] они подсылали агитаторов в места боев, пропагандируя солдат, сражающихся за Родину на то, чтобы они открыли фронт и повернули оружие против монарха.
На правом фланге были первоначально проигрывающие левым во всем монархисты. Возглавлял их тогда некий Родзянко, человек, который кроме своего объемистого пуза ничем и не был знаменит. Монархисты наивно полагали, что то, что они монархисты и «за царя» освобождает их от обязанности вести агитацию и пропаганду, бороться за любовь в народе, опровергать злонамеренные сентенции левых, разъяснять к чему приведет лозунг «грабь награбленное», что после того как крестьяне ограбят землевладельцев — настанет очередь и самих крестьян.
