Симптомы новых форм войны уже есть. Первые террористические акты с использованием террористов-смертников, сознательно жертвующих своей жизнью без малейших шансов уцелеть, были отмечены еще в тридцатые — сороковые — пятидесятые годы на Восточных территориях. Но это были именно единичные акты террора, акции отчаявшихся и большей частью ни с кем не связанных людей. В шестидесятые годы смертничество (шахидизм) сошло на нет, чтобы возродиться в новой форме в девяностых. Так в девяносто четвертом году отмечено использование смертников в двух террористических атаках, в девяносто пятом — в пяти, в нынешнем двухтысячном году смертниками было совершено уже шестьдесят семь террористических вылазок. При достигнутом высоком технологическом уровне развития государства Российского возможна новая, еще более опасная форма шахидизма — внедрение на особо опасные производственные объекты шахидов — смертников с задачей совершить террористический акт с причинением максимального ущерба. Шахид-смертник за пультом управления крупного нефтеперегонного завода может принести столько же время, сколько все остальные террористы вместе взятые.
Предлагаемые Главным оперативным управлением Генерального штаба крупномасштабные военные операции (на территории Индии — план "Магацитл", на территории Континентальной Японии — план "Цунами") считаю нецелесообразными к исполнению по следующим причинам:
1. И в том и в другом случае военная операция будет означать широкомасштабную агрессию, причем в каждом конкретном случае это будет агрессия против территорий, суверены которых обладают ядерным оружием и средствами доставки. И в этом и в другом случае агрессия будет сопровождаться тяжелыми потерями. Российская же империя утратит имеющийся авторитет на международной арене как государство-агрессор.
2. И в том и в другом случае, даже если операции закончатся успехом — мы будем вынуждены либо оккупировать значительную, населенную враждебно к нам относящимися людьми территорию (северная Индия), либо вкладывать огромные ресурсы в рекультивацию территорий, разрушенных войной и хищническим хозяйствованием государств — суверенов (Континентальная Япония, Индия). В то же время ни континентальная Япония, ни Индия не могут дать нам ничего такого, чтобы экономически или геополитически оправдало бы их захват. На их территории нет ни образованного населения, ни значительных природных ресурсов, ни выгодного геостратегического положения. Даже в случае выигрыша мы все равно окажемся в проигрыше.
