- Конечно, Белла. – Прошептал он, улыбаясь уголком рта. Он все время повторял ее имя, словно боясь потерять связь с этой невероятной девушкой. Ее боевой дух, так хорошо скрытый внутри, отражался в изогнутых стрелах бровей, тянущихся к самым вискам. Эдвард понятия не имел, что значит любовь, но если в ее описание можно было вместить все то восхищение, что он чувствовал к этой девушке, то это была, несомненно, она.
Его покупки хлеба, в котором он нуждался меньше, чем кто-либо в городе, будучи сыном мэра; букеты полевых цветов, такие простые и вызывающие дикий восторг в шоколадных глазах Беллы; их мимолетные прикосновения и улыбки – все было таким правильным и нужным.
Как только эти мысли промелькнули у парня в голове, словно звук канонады, рядом раздался грубый от табака голос отца.
- Эдвард?! – оглушительно-осуждающе прогремел его голос, заставляя Беллу вздрогнуть. – Что ты здесь делаешь?
- Я шел домой, отец, – он покосился на стоящую рядом Беллу, застигнутую врасплох. Меньше всего ей сейчас хотелось нарваться на гнев самого могущественного человека в городе.
- И что же тебя задержало?! – бросив беглый и полный отвращения взгляд на девушку, внимание мэра привлекла буханка хлеба, покрытая грязью из лужи.
- Отец... - сдавленно прошептал парень, ежась под властным взглядом.
Охотники, стоящие подле разъяренного мужчины, гадко ухмыляясь, разглядывали Беллу, прекрасно понимая всю двоякость сложившейся сцены. Их черные кожаные плащи развивались на грозовом ветру, который пригонял тяжелые тучи, цепляющиеся за верхушки гор.
- Отправляйся в дом, у нас есть важные дела, – отчеканил мэр, испепеляя Изабеллу глазами.
Девушка смогла выдохнуть только тогда, когда процессия с главой города удалилась в сторону двухэтажного добротного дома, выглядывающего из-за дуба, раскинувшего ветви, словно обнимая строение. Белла беспокойно оглянулась назад, провожая взглядом черные плащи охотников, с головы до ног обвешанных причудливым, но устрашающим оружием. Они несли за собой опасность и хаос. Это ощущение повисло на площади, как только оратор взошел на сцену, демонстрируя свой хищный оскал.
Эдвард украдкой обернулся и бросил на прощание ободряющую улыбку, которая не коснулась его печальных глаз.
Торопливыми мелкими шажками девушка пересекла улицу, прячась в тенях, которые отбрасывали давно нуждающиеся в починке лачуги. Ей нужно было срочно добраться до дома и уничтожить весь запас трав, которые были защищены от солнечных лучей, покоясь в дальнем углу кухни. Остатки календулы, поблескивающие оранжевым теплым светом, напоминали ей о Лорен, ведь именно около ее сада росли эти чудодейственные цветы, похожие на миниатюру солнца.
* * *
Спертый воздух в большой гостиной Мейсонов окатил гостей мощной волной, подсказывая им, как редко здесь бывают посетители.
После смерти жены мэр едва ли находился в доме, напоминающем ему о тех светлых моментах, когда Эсме украшала комнаты свежими цветами, собранными с полей за бедным районом Берморда.
Скрепя зубами, Карлайл прошел в центр комнаты, не удосужившись кинуть беглого взгляда на сына, так разочаровавшего его намедни. Сколько было вложено в этого сорванца? Сколько сил, нервов и денег? Сколько любви истратила на него Эсме, выращивая неблагодарное дитя игнорирующее планы собственного отца?
- Располагайтесь, господа. Мы должны обсудить план действий.
- Мистер Мейсен, я так понимаю, Вы даете разрешение на обыск домов в Берморде?.. – гадко усмехаясь, перешел к делу оратор, стоявший ранее на сцене, и прищурил маленькие бесцветно-серые глаза.
- Я даю разрешение на обыск окрестностей нашего города, – Карлайл налил в граненые стаканы янтарно-жгучую жидкость с приятным ароматом ячменя. – Уверяю вас, что никто из жителей центральной части не имеет отношения к оккультизму.
- Как вы может быть в этом уверены, сэр? – удивился самый молодой охотник, звякнув застежками на своей одежде.
- Я лично бывал в каждом из домов моих друзей и могу поклясться, что не видел там ни одного подозрительного предмета. В тоже время чутье подсказывает мне, что жители Берморда, таскающие на себе скудные пожитки, вполне могут прибегнуть к магии. Они озлоблены и жалки настолько, что в их домах полно тьмы.
Эдвард мог поклясться, что в этот момент сквозь него прошел электрический разряд, посланный главой семьи и заставляющий его поникнуть.
- За поимку каждой ведьмы из своего кармана я выделяю премию. Но только если эта ведьма никогда не имела отношения к моему окружению.
- Вы хотите уничтожить окрестности? – удивился предводитель.
- Для того, что бы построить что-то стоящее, нужно устранить причину разрушений. И я уверен, что причина кроется именно там, господа.
- В таком случае мы договорились. По двести золотых за каждую ведьму, пойманную в Берморде, – оскалившись в предвкушении хорошей наживы, мужчина осушил стакан, громко ставя его на место. – Каждому.
- Идет, – протянул руку Карлайл. – Но есть еще одно условие. Возьмите в патруль моего сына.
