Созвездие неудачи полностью

«Принято, – прошелестела Фелиция. – Стандартные условия расторжения, неустойки, соблюдение техники безопасности, взаимная ответственность сторон… Участники съёмок имеют право обсуждать сценарий и вносить предложения по его корректировке. Сценарий может меняться согласно художественному видению режиссера… Обширный перечень психологических фобий и сексуальных практик, отметить допустимые по шкале приемлемости… »

– Я предполагала ограничиться пределами интерьеров корабля, – миз Этлин окинула взглядом кают-компанию и осталась недовольна, – но теперь вижу: этого недостаточно для всестороннего раскрытия вашего потенциала. Натурные съемки на открытой местности, вот что нам поможет. В контракте указана сумма аванса, но я уговорю руководство увеличить ее, если вы согласитесь. Десять дней, больше не потребуется. Всего лишь десять дней в какой-нибудь живописной местности… – она задумалась. – Только не Тирадия и не Эйрика. Примелькались до оскомины, их пейзажи опознают с первого взгляда. Что-то дикое, неизведанное…

– Скууль, – с готовностью предложил яут.

– Ага, чтобы нас сожрали. Крисса, не слушай этого маньяка, – отмахнулся Рудольф. – Это заповедник для яутской охоты. Там смертельно опасно все, начиная от микробов и заканчивая большими тварями. Нужно что-то поспокойнее… Капитан?

– Меня беспокоит статья касательно высокорейтинговых съемок, – медленно проговорил Йонге. Да, миз Этлин была склонна романтизировать отношения своих персонажей и ни разу не снимала бессюжетной горячей порнушки… и экипаж «Фелиции» который год ведет совершенно предосудительный образ жизни, во имя поддержания синхрона весело кувыркаясь на матрасе с яутом… Но выделывать акробатическую камасутру под прицелом камеры ради спасения компании? – Понимаю, без них не обойтись, но есть альтернатива. Можем поделиться архивами Фелиции. Мы туда сливали кое-какие личные записи…

– Нет! – оглушительно взвизгнула ИскИн. Йонге аж подпрыгнул:

– Радость моя, что с тобой?

– Это моя личная интеллектуальная собственность, – с неожиданным упрямством заявила Фелиция. – Я решительно возражаю против просмотра данных записей посторонними людьми, не являющимися членами экипажа. Это наносит оскорбление моей личности и разрушает гармонию моего внутреннего мира.

– Вот обеими руками «за», – поддержал механик. – Кэп, не лезь к детке. Разозлится и вообще все потрет.

– Какие вы трепетные. Эгоисты, напрочь не способные пожертвовать личным во имя общественного, – вздохнул первый пилот. – Хорошо, миз Этлин, декада натурных съемок. Где-нибудь в поясе спутников Таульги.

– То есть вы согласны? – опешила вентурка. Она готовилась к длительному и упорному сопротивлению, а победа сама упала ей в руки.

– Ну да. Чего время тянуть? Заверим контракт, вы перебросите нам обговоренный аванс и отправимся в путь. Сайнжа, не щелкай впустую жвалами, взгляни, когда открывается ближайший коридор на орбиту и много ли желающих покинуть Кестаган.

– Два полусредних периода, – недовольно отозвался яут. – Как там по-вашему... три стандарт-часа и восемнадцать запросов.

Крисса Этлин, поднеся ко рту крохотный микрофончик гарнитуры, замаскированный под одну из наушных цепочек, вполголоса вела переговоры с юридическим и финансовым отделом студии.

– Мы согласны внести десять процентов аванса, – сообщила она. – Остальное – только после начала работы, оценки вашей перспективности и отсмотра первоначального материала в студии.

Механик, явно проводивший в уме те же стремительные вычисления, что и Йонге, отрицательно мотнул головой.

«Не укладываемся».

«Блесни обаянием, уговори ее раскошелиться».

«Не прокатит, – с искренним сожалением признал Рудольф. – Если б дело было только в Криссе, но средствами-то распоряжаются боссы студии…»

– Миз Этлин, при всем безмерном уважении к вашей особе, десять процентов – этого недостаточно. Нам нужна обеспечительная гарантия. Раз уж мы продаемся с потрохами вашей студии, то желательно материальное подтверждение намерений.

Последовал новый виток переговоров. Крисса хмурилась, собирая кожу на лбу в крутые валики, и пару раз даже повысила голос на невидимого собеседника. Напарники ждали. Рудольф гонял из угла в угол рта жевательную палочку, Сайнжа казался полностью ушедшим в себя, Йонге не мог отделаться от мерзкого ощущения, что футболка на глазах становится мокрой от пота. Напряженно позванивал натянутый в ментальном подпространстве глейтер.

– Они согласны, – наконец уронила Крисса Этлин.

На столешнице, превратившейся в сенсорную панель, возникли экземпляры заключаемых договоров и гарантийный лист с фирменным логотипом студии. Мертвой хваткой удавив непрошенные сомнения, Йонге черкнул в нужных графах электронную подпись. Режиссер, получив разрешение и одобрение, изящно расписалась рядом, заверив подпись касанием чипа-идентификатора. Рудольф длинно и шумно выдохнул. Подписанные документы, превратившись в набор единиц и нолей, упорхнули в базы данных Фелиции.