Созвездие неудачи полностью

– Отлично, – Йонге вовремя удержался от нестерпимого желания поаплодировать самому себе. – Экипаж, по местам. Фелиция, поставь нас в список отбывающих и вызови мне «Кластер-Мерк», я испытываю стремление сказать им пару ласковых. Рудольф…

– Да иду я уже, иду. Раскомандовался.

– Я не рассчитывала так скоро отправляться в путь! – запротестовала вентурка. – Мне нужно собрать аппаратуру… вещи в дорогу, дать указания сотрудникам, попрощаться…

– Свяжитесь с ассистентами на студии, отправьте им список необходимого оборудования, пусть шустро волокут все в порт, – посоветовал Йонге. – Упустим точку старта и останемся торчать на Кестагане еще сутки, а то и больше.

Крисса прикрыла глаза морщинистыми веками и издала сдавленный звук, наверняка эквивалентный человеческому «прах меня побери». Выкликнула из комм-браслета виртуальную планшетку и горячо заспорила с кем-то, появившимся на экране.

– Ее надо куда-то поселить, – в коридоре Рудольф придержал рвущегося в рубку первого пилота. – У тебя занято, в мастерскую – только через мой труп…

– Почему занято? – в мыслях Йонге уже вел яростный мысленный спор с юристами «Кластера», доказывая, что гарантийное письмо студии служит достаточным обеспечением финансовой состоятельности компании «Далине-Вебер».

– Потому что там спит Джет.

– Ох, – факт наличия на борту Джет умудрился под шумок напрочь выветриться из озабоченной головы капитана «Фелиции». Точно. Джет. Которую нельзя бросать в Кестагане на произвол судьбы и придется брать с собой. – В гостевой каюте у нас что?..

– Склад охотничьих достижений навигатора, – с готовностью наябедничал Рудольф.

«Сайнжа! Сайнжа, ты где?» – мысленно заорал Йонге.

«В рубке, просматриваю траектории на Таульгу», – буркнул отвлеченный от любимого дела яут.

«Бросай все и марш в гостевую каюту. Чтоб там не осталось ни одной гнилой кости и ни одного вонючего позвоночника!»

«Еще раз назовешь так мою добычу, Йхо-онхе, и я пополню свое собрание твоим черепом».

«Нам надо разместить матриарха, – влез Рудольф. – Причем с удобствами. Именно для этого мы и спроектировали гостевую каюту. Вытащи оттуда свой драгоценный хлам, будь хорошим яутом».

«Хорошо, – зловеще согласился Сайнжа. – Так и быть, ради спокойствия матриарха я уберу трофеи. Я перенесу их к себе».

«Нет, в грузовой отсек!» – Йонге вовремя смекнул, чем это грозит ему и Рудольфу. Каюта Сайнжи была самой большой и вместительной на корабле, рассчитанной на совместное проживание всех членов экипажа, но и трофеев у великого охотника накопилось немало. С него станется заботливо разместить щерящиеся клыками и острейшими рогами огромные черепа на любых плоскостях и постоянно рявкать на людей, чтоб ничего не задевали. Вдруг сломают его ненаглядные останки.

«Трофеям не место среди грузов».

«Твоим трофеям самое место на свалке. Кто тут командует, я или ты? – Йонге влетел в рубку, на входе ловко избежав столкновения с недовольным яутом и привычным движением вбросив себя в объятия капитанского кресла. – Фелиция, «Кластеры» на связи?

– Да, первый пилот.

– Переключи их на меня и запускай предстартовую проверку, протоколы Альфа-4, Бета-8, Сигма-5. Машинное?

«На месте машинное, – бодро откликнулся Рудольф. – Пошел разогрев, тридцатиминутная готовность. Протолкни нас побыстрей на старт, за мной не заржавеет. Я сыт Кестаганом и его песком по горло».

– Заказанное миз Этлин оборудование прибывает в течение ближайшего стандарт-часа. Навигатор проводит срочное освобождение жилого блока С-17 от личного имущества.

– Спасибо, детка. Пожелай мне удачи в бою с кредиторами, – Йонге вздохнул поглубже, сосредотачиваясь. Ловя такой краткий и такой ослепительно одуряющий миг в жизни любого пилота – мгновение пробуждения корабля. Когда из корпуса, обильно начиненного электроникой, Фелиция превращалась в прекрасное живое существо, не ведающее преград. Пилоты подсаживались на это мимолетное ощущение крепче, чем на любой существующий наркотик, и Йонге Далине не составлял исключения. Он бы просто-напросто сдох, оказавшись прикованным к самой роскошной из планет и лишившись возможности летать. Возможность полного единения с кораблем, вырывающимся из объятий планетного притяжения – ничто в мире не могло сравниться с этим чувством. Оно стоило высокой цены, которую требовалось заплатить за право быть пилотом – и ничего, что во имя беспрепятственного выхода «Фелиции» в космос он сейчас с пеной у рта переругивался с финансовым менеджером «Кластер-Меркантайль».

«Йонге, – в нарушение неписанной традиции ИскИн врезалась в яростную дискуссию, обрубив аргументы представителя «К-М», – Йонге, местные СМИ только что упомянули попавшего на камеру слежения вероятного подозреваемого, чернокожего мужчину с Сефоры. Они заподозрили, что миз Джет вернулась в космопорт – добровольно или принудительно. Служба безопасности начинает протокол запуска в пропускные терминалы программ-анализаторов и опрос личного состава грузовых доков».

«В Кестагане уйма терминалов и еще больше камер. Прикинь, сколько они провозятся, вычисляя ее?»