– Собирайте ветки! Нужно сложить костёр. – приказал учитель иссохшим голосом. Он осторожно нагнулся и положил собранную им горсть веток в центр кострища. После этого он устало оперся на палку и, словно надзиратель, стал следить за выполнением своего приказания. Он вертел головой, прислушиваясь к каждому шороху, и таращил бельма глаз.
Парень в шарфе, услышав строгий голос Рата, подпрыгнул, словно кто-то дёрнул поводок. Он поправил очки и принялся за работу. Илья Коровкин неохотно поднял с земли несколько палочек. Всем видом он показывал, что такое занятие не про его честь.
– Какие ещё ветки? – возмутился высокий парень, пиная ногой сухие комочки земли. – Здесь одни камни!
– Что случилось? – раздался за спиной Феди девичий голос.
Федя и темноглазый парень оглянулись и увидели, что девчонка уже очнулась и поднялась с земли. Она не уверенной походкой подошла к ребятам и остановилась между ними.
Серые тучи в небе расступились над поляной. В черноте космоса блестели яркие звёзды. Учитель все стоял в центре, облокотившись на свою кривую палку, и вслушивался в шорохи. Ребята, словно муравьи, покорно собирали костер.
– Горочкой выстраивайте! – указывал Рат кривым пальцем куда-то не туда. – Должно получиться как пика.
Высокий парень подошёл и небрежно кинул палку в кострище. Рат нагнулся и дал ему по горбу своей импровизированной тростью:
– Я тебе говорю горочкой! – проворчал он.
Федя усмехнулся, наблюдая, как парень недовольно чешет ушибленную спину.
– Блин, да как он понял? – пробубнил долговязый, отойдя в сторону.
Барсучков взглянул на девушку, стоящую рядом с ним. Большие глаза её с пушистыми чёрными ресницами вызывали у Феди чувство неловкости и незащищённости. Девушка заметила Федино смущение и сказала:
– Еще немного и мы станем одержимы.
– Чего? – Барсучков глупо засмеялся и почесал затылок.
Он пытался рассмотреть бледное лицо девушки, но оно всё время ускользало от него и терялось в темноте.
– Скоро нас будет интересовать лишь одно. Мы как безумцы будем бежать вперед, не замечая жизни, которая ускользнет от нас.
– О чем ты говоришь? – Федя стал серьезным, он понял, что вообще не понял, о чем говорит девчонка.
– Я видела это во сне. – она взглянула в глаза Барсучкову, ища в них сострадание. – Моя жизнь станет серой. Только учитель может сделать ее яркой. Только здесь. И я его возненавижу за это.
Девушка с неприязнью взглянула на учителя, затем подняла с земли ветку и медленно, словно пьяная, поплелась с ней к невысокой башни будущего костра. Тонкие ноги её в черных колготках заплетались, будто она не умела ходить нормально. Движения ее сочетали в себе изящество и томную развязность, и это придавало ее образу очаровательную хрупкость. Федя задумчиво смотрел ей вслед и любовался ее стройностью и завораживающей походкой. Девушка, с каждым шагом растворялась во мраке.
Здесь было странное освещение. Почти идеально вырисовывалось в темноте лицо собеседника, до мелких подробностей видна была даже одежда учителя. Но всё это окутывала непонятная чётная субстанция, состоящая из микроскопических крошек. Они мельтешили, собираясь в кучки, и не давали рассмотреть всё до конца. Светлые предметы белели в темноте, при слабом свете серого неба, все остальное казалось темно-серым и черным.
– Чего встал? – крикнул учитель Барсучкову.
Федя выпрямился, как струна, не веря, что Рат обращается непосредственно к нему.
– Тебя спрашиваю! Ты особенный? – снова повторил учитель, выпучив глаза на Федю. – собирай ветки!
«Как он узнал, что я ничего не делаю?» Федя присел и стал на ощупь искать хворост, не сводя глаз с учителя.
Когда куча из веток достигла метровой высоты Рат сказал ученикам:
– Встаньте вокруг костра и возьмитесь за руки!
Немного напуганные ребята с серьёзными лицами равномерно распределились по кругу. Учитель отошёл в сторону и растворился во тьме. Темноволосая девушка оказалась рядом с Федей. Она протянула руки в стороны и сказала шёпотом:
– Нам нужно взяться за руки!
Требовательно она протянула ладони стоящим с боку от неё парням.
Ребята взялись за руки.
– И что теперь? – храбрясь спросил длинный, в голосе которого проскользнул страх неизвестности.
Словно в ответ ему поднялся ветер, подбросил вверх пыль с земли и вихрем закружил ее вокруг ребят. Старые ели-гиганты вокруг зашатались скрипя. Среди их плача выделялся потерянный голос учителя. Он звучал грозно и устрашающе, как голос мертвеца из могилы, и был он силён и крепок, как когда-то в молодости.
Ребята взволнованно стали озираться по сторонам. Толстый парень хотел убежать, но не смог. Он взглянул на свои руки и с ужасом обнаружил, что они срослись с руками ребят, превратившись в неразрывное целое. Не было видно пальцев, и невозможно было разобрать, где заканчивается рука одного, а где начинается рука другого, они завязались в крепкий узел.
