Я стоически вынесла подаренные часы, слава богу, прожили они недолго. Я вытерпела целые сутки занятий в подаренном Баскольдом ремне. Его пряжка сияла похлеще лампочек на потолке и постоянно мигала разноцветными искорками. К концу дня у меня перед глазами плясали цветные кружочки.
Я даже трижды надевала на пары браслеты, подаренные Баскольдом. Кожаные украшения самых диких цветов и еще нескольких электрически ярких оттенков были усыпаны шипами длиной с палец. На каждом занятии я забывалась и клала руки на парту, а потом со скрежетом вытаскивала шипы из столешницы. И это еще ничего! Я умудрилась пропороть бронебойным металлом одну из лабораторных установок по физике. Провод закоротило, вспыхнули искры, попали в прическу. Волосы встали дыбом не только у меня, но и у Оли, которая и вела ту самую пару по физике.
Хорошо, что подруга всегда находилась с ответом и даже с шуткой. Она неспешно приблизилась, подняла мою руку в воздух, чуть потрясла ей и провозгласила:
– Видите! Вот это диэлектрик! Провода погнул, они соединились, произошло короткое замыкание. А на браслете тока нет.
– Чего нет? Толка? – со свойственной ей догадливостью уточнила Царринда.
– Можно сказать и так. Толка, примерно как от вашего обучения физике в этом семестре, – позволила себе немного поворочать Оля. Но, как обычно, тут же смягчилась: – Но мы это исправим! – и грустно, но тихо добавила: – Наверное…
Нынешний подарок даже я не рискнула бы надеть. Комбинезон из пестрого люрекса с золотыми и серебряными аппликациями в виде ромашек и сердечек добил меня. А если бы знаменитый полководец Натэл Вольк увидел свою настоящую-мужчину-дочь в этом чудовищном наряде, то добил бы ее еще раз.
Нет, с одной стороны, костюмчик можно было надеть на битву. Ну какой же вменяемый крипс свяжется с женщиной, которая облачилась вот в ЭТО? А вдруг у нее не легкая шизофрения, не тихое помешательство, а, например, буйное? Бросится, покусает, расцарапает, отгрызет нос и уши? Или хуже того – захочет любви и страсти? Прямо в какой-нибудь боевой яме, созданной почвенниками совсем для других целей – для погребения противника заживо. А может быть, даже заразит любовью к такой вот одежде. И – все – тогда одна дорога – на тот свет. Потому что на этом тебя засмеют так, что смерть покажется избавлением.
Я посмотрела на комбинезон, на счастливого Баскольда и спросила:
– А последнее желание прилагается?
Надо было парню настоять на своем, потребовать, чтобы я надела подарок. Пригрозить вторым таким сувениром, в честь дня рождения. Возможно, тогда не пришлось бы бросать его позже, причем уже в прямом смысле слова. После того как застукала любимого в обнимку с Царриндой. Не усвоила девушка – старые вещи Сласи Вольк ей не идут. Старая подруга – еще куда ни шло… Но старый парень – вот это уже перебор…
Надо сказать – отчасти Баскольда понять можно. Сколько раз он намекал на то, что неплохо бы перевести нашу крепкую дружбу из вертикального положения в горизонтальное! Лишить меня последнего оплота скромности и недоступности истинной дочери варвара – девственности. Насколько я поняла из слухов про леплера, девушка у него была и даже не одна. Так что к долгому целибату парень явно не готовился. Планировал, что хотя бы недельки через две-три со дня нашего знакомства случится самое интересное. Я же не позволяла Баскольду ничего, кроме невинных поцелуев, почти месяц. Вплоть до эпичной битвы с крипсами. Такое кого угодно распалит. И вот после сражения и небольшой попойки с друзьями в честь того «что мы надрали зеленым гадам задницы», Баскольд явился ко мне с явным намерением наконец-то заняться делом. То есть – любовью. Но я отлично помнила слова отца:
«Видишь ли, доченька! Настоящий мужчина проверяется тремя вещами: способностью за тебя и за себя постоять, способностью за тобой ухаживать и заботиться и… целибатом. Если выдержит долгий целибат – точно любит. А если нет – любит секс! Вот пусть и любит… Только без тебя!»
В такие минуты чудилось – отец никогда и не забывал, что я все же – девушка, а не настоящий-мужчина-дочь.
Я как раз вернулась из медкорпуса, где поселили моих сестер. Слава богу, ненадолго! Нет, я очень радовалась тому, что они стали прежними. Здоровыми и вменяемыми. Но и огорчалась тоже. Надеялась, что мозгов у девушек прибавится, жажды приключений на пятую точку поубавится, и они останутся в Академии Войны и Мира под моим чутким присмотром. Но… сестры решили иначе. Только и ждали выписки, чтобы уехать назад, к любимым внушателям. Продолжить превращать чужие мозги в жареные котлеты и видеть в этом свое истинное предназначение. Что ж… Я немного подосадовала и вежливо объяснила им все, что думаю, в короткой и доходчивой форме:
– Да идите вы к… внушателям!
И отправилась домой.
И вот залетаю я нервно в свою квартиру, с пинка закрываю дверь и… поскальзываюсь на лепестках роз. Смачно падаю на пол и вижу над собой счастливую подвыпившую физиономию Баскольда. Признаюсь честно – еще никогда я так не хотела кому-нибудь врезать.
