Она неторопливо пополнила кружку из заварочного чайника. Астарот, наблюдая за этим со стороны думал о том, не лопнет ли она. Однако Делия хотела перепробовать все сорта чая как можно раньше, чтобы выбрать свой любимый. Обживалась малышка потихоньку. Библиотека любимая есть, пара излюбленных платьев тоже. За десять месяцев в этом ужасном месте у неё появилась цель — излечить и расколдовать Оциуса, сделать так, чтобы он смог говорить, а его пропорции стали менее устрашающими, сделать его прежде всего своей слугой, которому можно доверять. Верховная не раз просила демона, чтобы тот расколдовал хоть одну служанку для неё, но он ответил, что и так многое позволяет Делии и не хочет в какой-то момент осознать, что в его владениях главный вовсе не он. «Ты слишком очаровательная леди, боюсь упустить момент, когда ты сядешь мне на шею», — сказал он тогда, но пообещал, что как только Оциус сможет нормально коммуницировать — она может выбрать любую служанку, и он безропотно снимет с неё заклятие. Ему, на самом деле, ничего не стоило поступить так сразу, но Астарот придерживался мнения, что Делию необходимо чем-то увлекать, тогда она может и обсудить с ним что-либо, не противясь, и рядом находиться не боится. После того сюрприза с ловушкой девушка всё равно какое-то время была подавлена, мало кушала и почти ничего не делала, и ему действительно стоило титанических трудов, чтобы маленькими шажочками и сложными манипуляциями заставить её саму прийти к тому, что так больше продолжаться не может. И он был невероятно рад вновь ругаться с ней и слышать, какой он плохой, как он мог запереть её здесь и так далее. Корделия делала это больше по инерции, оставаясь собой. Конечно, что её подташнивало, когда он пытался к ней притронуться, злило, но ведь не всё сразу.
Сейчас он удобно развалился на кровати в своих покоях и наблюдал, как она внимательно читает, сидя за его столом. Сначала ей было некомфортно здесь находиться, но через час она смирилась и успокоилась, найдя удовольствие в том, чтобы гонять его то за пирожным, то за булочкой, то за новой порцией чая. А если Астарот решал, что с этим вполне могут справятся слуги, она едва заметно издевательски ухмылялась и просила капучино с корицей, который вкусно получался только у демона. Маленькая заразка. Астарот чувствовал себя как никогда спокойным в такие моменты, где не было ругани и споров, ему было чертовски хорошо рядом с этой девушкой, она привлекала своей изысканностью, гордостью, умом и тем, что от неё он никогда не ждал какой-либо подставы. Делия, в свою очередь, хоть и продолжала тихо ненавидеть, отрицать не могла, что Астарот становится всё меньше похожим на маньяка. В конце концов, он отнёсся с пониманием, когда она была собственной тенью, на весь тот период перестал приходить с просьбой удовлетворить его и старался всячески удивлять. Корделия прекрасно понимала, кто он, и что сделал, но выхода у неё не было, и она точно знала, что либо станет безвольной куклой, либо заставит прислушиваться к ней и ценить настолько, чтобы не сметь сделать больно. Особенно, когда демон охотно вёлся на её маленькие просьбочки и грустные глазки, что давало ей больше пространства для прогулок по Аду и отучило его заходить куда-либо без стука. Даже в кухню стучался, хоть и матерился иногда по страшному от досады, вообще не понимая, как она могла такое с ним сотворить, называя её волком в овечьей шкуре.
А сегодня котёнок проиграла ему в карты, и он пожелал лицезреть её в своей комнате за изучением рукописных историй о человеческих жизнях. Она не поняла, для чего, но он обещал разъяснить, когда она закончит.
