— Что там с твоими наркотиками? Макс не провоцирует тебя? — для Верховной было ударом, что синеволосый оказался наркоманом. Такой молодой, а всё туда же. Но на законченного героинщика он похож не был, да и мыслил вполне здраво, поэтому лезть она не спешила, решив понаблюдать за ними обоими.
— Всё хорошо. Даже если бы я и хотел снова в это влезть, не стал бы. Моя задница всё ещё помнит, как ты подожгла её одним взглядом, — они расхохотались.
— Прости, я, наверное, была слишком жестока.
— Да нет, это был интересный опыт. К слову, о магии. Ты нашла заклинания, которые хотела?
— Нашла пару защитных заговоров. Думаю, смогу прекратить этот балаган с демонами.
— У тебя обязательно получится.
— Спасибо, — она улыбнулась.
— Ну и зачем ты меня позвал? — Корделия зашла в кабинет к Майклу, который сидел в кресле, хитро ухмыляясь. Девушка подошла к нему, и он сразу утянул её к себе на колени.
— Лэнгдон, перестань сейчас же! Это уже наглость, — но встать она не пыталась, зная, что с его горячим нравом, это бесполезно.
— Тебе удобно? — он повернул её голову на себя, смотря строго.
— Да, — просто ответила блондинка, зачарованная его глазами. Чёрт, ей совсем не нравились эти бабочки в животе. Не нравилось и то, что его руки на её талии и бёдрах ощущались как нельзя кстати. Она гордо выпрямила спину.
— Ну вот и не выпендривайся, — Антихрист приблизился лицом к ней и властно, глубоко поцеловал, заставляя её выдохнуть и ответить.
Жар её тела и мягкость губ сводили с ума, заставляли его чёрное сердце бешено колотиться. Всё его мужское существо желало пристегнуть, привязать её к себе и ни за что не отпускать. Он не видел её несколько часов и невероятно соскучился. Майклу всё время казалось, что это затянувшийся сон, что он проснётся один, а Делия продолжит ненавидеть его. От этого он целовал быстрее, задевал языком её собственный, вырывая полувздох-полустон, сжимал в объятиях крепче и гортанно рычал, когда она оттягивала пальчиками его прядки.
Разорвав поцелуй, ведьма взглянула на него, и внизу живота завязался тугой узел. В глазах Антихриста отражалось безумное удовольствие, приоткрытый рот и слегка покрасневшие щёки и абсолютно затуманенный, подёрнутый дымкой похоти, взгляд переворачивал всё внутри неё. Девушку вело от одного лишь осознания, насколько её хотят. Восхищённый блеск его глаз провоцировал самые пошлые образы в голове. Но это нужно было остановить. Она пришла поговорить и уж точно не потрахаться в его кабинете.
— Так зачем позвал? — она не могла скрыть веселой улыбки и начала поглаживать его щёку, отчего Майкл прикрыл глаза.
— Хотел спросить, чего это ты так разобщалась с Флойдом? — Антихрист перехватил её руку, целуя запястье. Такой ласковый. Вредный недолюбленный мальчишка. А может, взрослый, ненасытный, любящий мужчина?
— Майкл, ты ревнуешь?
— Ревную.
Она хотела разозлиться на него, заявить, что она не вещь, и ему не стоит так себя, но чёрта с два. Ей это нравилось. Сам факт ревности не очень радовал, но его неисчерпаемая нежность и искреннее волнение в глазах подкупали.
— Я волнуюсь за тебя, ангелочек. Я ни за кого так не переживал, Делия, я никогда не чувствовал себя таким, — он развернул её так, чтобы она сидела на нём, а её ноги были по обе стороны от его бёдер. Антихрист уткнулся лбом ей в ключицы, обвив руками талию. Какой же чудесный у неё запах. Его личная весна. — Таким уязвимым, — совсем обречённо выдохнул мужчина.
— Майкл, — в очередной раз удивляясь, выдохнула девушка. Так…приятно, тепло. «Не верь!», — нашёптывал разум. Но какой к чёрту разум, когда сердце заходиться?! Когда улыбка сама наползает на лицо, а воспоминания о прошедшей ночи щекочут всё внутри? Она обняла его, целуя в макушку, и опустила голову на его плечо.
— Я тоже, Майкл, — всё, что смогла ответить блондинка.
— Ты же моя? Ты же не решила снова сбежать от меня после всего?
— Я… — она замешкалась. Девушка не знала, кто они друг другу. Теперь их точно нельзя назвать врагами.
— Скажи, что мы вместе, Делия, и я клянусь никогда тебя не предавать, — он сдавался. Майкл не говорил этого напрямую, не обещал возродить мир, но сдавался. Антихрист чувствовал это с каждым её вздохом. Пока она жива, жива его человечность, и это, кажется, устраивало.
— Вместе, — она тоже сдавалась. Пусть он уничтожит её, пусть растопчет и посмеётся, плевать. Хватит отнекиваться от своих чувств. Она имеет право на счастье.
— Ну тогда какого хрена ты так разобщалась с Флойдом? — он повторил свой вопрос, испортив момент, но на самом деле, спасая их обоих от рискованной откровенности и неловкости.
— Лэнгдон, — она сморщила носик и поджала губки, — я не вещь, напоминаю тебе. И если ты себе что-то там напридумывал, не нужно делать меня виноватой! — она поспешила встать, но, разумеется, её никто не отпустил.
— С какого хрена он к тебе лапы свои тянет? Вечно ты ничего не замечаешь, Делия. Ему что-то нужно от тебя, и мне это не нравится.
— Боишься, что украдут? — ведьма игриво укусила его за ушко, вызвав волну удовольствия.
