Мы едим и ведём светскую беседу о необычайно сухой зиме, о днях, идущих на
убыль, и о предметах, которые изучали в колледже. Еда столь же восхитительна, как и
разговор.
— О боже, — причитаю я, откидываясь на спинку кресла. — Чизкейк в меня никак
не влезет, я объелась.
— Можем разделить его на двоих, — предлагает он.
— Какой ты всё-таки искуситель, Джейкоб Бакстер.
— Надеюсь, так оно и есть, Грейс.
— Ладно, уговорил. Половину я осилю.
Джейкоб подзывает Бэбс и заказывает десерт.
— Какие у тебя планы на остаток вечера? — спрашивает он.
— Надену спортивное трико и усядусь смотреть по кабельному какой-нибудь
девчачий фильм, — отвечаю я.
— А может, займёшься этим у меня в номере?
И выражение его лица становится не только сексуальным, но и полным надежды,
что мне так и хочется сказать: «Чёрт с ним, да!» Однако мы знакомы меньше суток, и к тому
же он меня обманул.
— Я воспринимаю твоё молчание, как отказ, — уныло говорит он.
— Джейкоб, ты очень интересный мужчина. Притяжение между нами… впечатляет.
И я не осталась равнодушной, но мы познакомились только сегодня.
— Понимаю, солнышко. Полностью.
Бэбс выставляет на стол наш десерт, две ложки и две чашки чёрного кофе,
подмигивает Джейкобу и уходит. Мы с удовольствием набрасываемся на чизкейк, и когда
21
Джейкоб засовывает в рот ложку и издаёт стон, отдавая должное сахару и сладким фруктам
на своём языке, я едва не передумываю по поводу его предложения и почти готова умолять
его уложить меня в постель сию же минуту.
Однако вместо этого я смеюсь в ответ и молча съедаю свою половину.
В итоге он провожает меня до номера. Прижимает спиной к стене у двери, упирается
руками рядом с моим лицом и наклоняется ко мне. Почти невыносимо медленно проводит
по моему носу своим и пощипывает губами уголок моего рта.
— Доброй ночи, милая Грейс, — прощается он нежным, но от этого не менее пылким
поцелуем, оставляя меня в виде комка трепещущих нервов.
— И тебе не хворать, приятель, — с австралийским акцентом шепчу я.
— Боже, Грейс, ты такая прикольная. Жду не дождусь завтрашнего дня.
— И я, приятель.
— Я не твой приятель, любовь моя. — Он снова соприкасается со мной носами. —
Я планирую стать для тебя кем-то большим.
22
ГЛАВА 5
Я закрываю за собой дверь и приваливаюсь к дереву, тяжело дыша от усилий
сдержаться и не пригласить Джейкоба войти, ведь желаю этого всем сердцем.
Никогда не совершала импульсивных поступков.
Но, может, пора это изменить.
Распахиваю дверь и выглядываю в коридор, а в этот самый миг Джейкоб нажимает
кнопку лифта.
— Джейкоб, постой.
Он замирает и поворачивается ко мне.
— Не уходи.
Он возвращается и вглядывается в моё лицо своими ярко-зелёными глазами.
— Что случилось, солнышко?
— Не уходи, — шепчу я, смотря при этом на его губы.
Он тут же их облизывает.
— Чего же ты хочешь?
Перехватываю его взгляд и прямо говорю:
— Тебя.
— Будь добра, пригласи меня внутрь.
— Ещё одна из твоих джентльменских штучек? — ласково спрашиваю я.
— Грейс, я того и гляди сорвусь.
— Не желаешь зайти?
Я отхожу и открываю дверь шире. Он тут же залетает в номер, заталкивает меня
вглубь, обхватывает моё лицо руками и жадно набрасывается на меня своим ртом. Дверь за
Джейкобом захлопывается, и мне остаётся лишь прильнуть к нему, потому что он целует
меня чуть ли не с отчаянием, будто я мираж, который вот-вот исчезнет.
Он стаскивает моё болеро с плеч, бросает его на пол и, дотянувшись до пуговицы на
моих джинсах, ловко расстёгивает её одной рукой. Просовывает ладони внутрь, скользит
ими по моей заднице и стягивает с меня джинсы.
— Я сказал себе, что как только ты позволишь мне прикоснуться к тебе, то не буду
торопиться и исследую каждый сантиметр твоего великолепного маленького тела…
Я через голову снимаю топ, а он тем временем расстёгивает мой лифчик, и вот я
припёрта к стене лишь в простых розовых трусиках.
— …Но, кажется, я умру, если сейчас же не попробую тебя на вкус.
Он опускается передо мной на колени, сдёргивает с меня трусики, закидывает мою
ногу себе на плечо и руками с трепетом и осторожностью касается внутренней стороны
бедра.
— Джейкоб, я сейчас упаду.
— Я этого не позволю.
— Зря ты мне не веришь, — отвечаю я и ахаю, когда его пальцы раздвигают мои
лепестки, открывая меня его пылкому взгляду и тёплому дыханию.
— Мне надо отведать тебя хотя бы раз.
Он наклоняется и, припав губами к моему естеству, посасывает его. Меня тут же
накрывает волной чистой похоти, и я запускаю руки в волосы Джейкоба. Моё дыхание
становится частым и тяжёлым и прерывается тихими стонами.
— Малыш, я больше не могу.
Боже, у меня подкашиваются ноги.
Он рычит, забрасывает на плечо мою вторую ногу, отрывая меня от пола, и
23
продолжает зарываться лицом в мою киску. Затем, поддерживая за спину, чтобы я не упала,
доносит меня до кровати, осторожно опускает на середину и упивается мной дальше, не
пропуская ни сантиметра кожи.
— Ни хрена себе!
Я чувствую, как Джейкоб ухмыляется, и тут он обводит мой клитор кончиком языка.
— Ты. Такая. Сладкая, — произносит он, разделяя слова поцелуями в мои нижние