Спасение грешника полностью

В прошлом месяце я совершил ошибку, решив навестить Камми. Я не хотел, чтобы она праздновала выпускной в одиночестве. Особенно учитывая, что единственной причиной, по которой она сбежала в Сидней, был я. Я не хотел оставлять ее. Я хотел остаться. Хотел дать ей – нам – именно то, чего мы оба хотим.

Я хочу вернуть наши отношения. Я боролся с собой с тех пор, как увидел ее. Боролся за то, чтобы не вернуться и просто сделать это. Она моя. Я не могу отпустить ее, да и не хочу. Я также не знаю, как быть с ней, не расстраивая ее.

Я не могу так с ней поступить. Не могу. В итоге я причиню ей еще больше боли, чем уже причинил. Она ходит к психотерапевту из-за меня. Когда она сказала мне, что посещает врача, моей первой мыслью было, что я потеряю ее окончательно. Она поймет, что я слишком испорченный человек и вообще не захочет быть со мной.

Моя вторая мысль заключалась в том, что это поможет ей справиться с грустью, ведь ей грустно. Опять же, мне стыдно за это. Я просто не знаю, как это исправить. Уже почти Рождество. Она приезжает домой на неделю. Ну, к своим родителям. Я понимаю, что если она будет рядом, то мне не удастся держаться от нее подальше.

— Серьезно, Вин, если ты решил приехать и потусоваться здесь, то хотя бы притворись, что рад меня видеть, — говорит Дейзи.

Мы сидим на ее диване и смотрим фильм. Я приехал в Аделаиду, потому что скоро Рождество, и мне не хотелось, чтобы Дейзи была одна. Ее живот становится огромным. Жаль, что я не могу сказать Гейбу или даже чертову Джио, что она беременна. Гейб должен знать. Может, тогда он отменит этот чертов запрет на свидания с ней.

Дейзи хочет лично рассказать ему об этом, а поскольку мой тупой братец не хочет вносить ее имя в список посетителей, она не может прийти к нему и сказать, что он скоро станет отцом. Я знаю, что наш адвокат работает над апелляцией или еще над какой херней, чтобы добиться досрочного освобождения Гейба. Я очень надеюсь, что это сработает, иначе Дейзи придется растить ребенка в одиночку. Ну, не в одиночку. Потому что я всегда буду рядом, но это не одно и то же.

— Прости, — бормочу я себе под нос.

— Выкладывай. Что происходит в твоей хорошенькой головке? — Спрашивает Дейзи.

— Считаешь меня хорошеньким, Дейзи? Я что, красивее Гейба? — Спрашиваю я ее с ухмылкой.

— Нет никого красивее Гейба. А теперь прекрати тянуть время, Вин. Выкладывай. Что происходит? — Ее тон становится более твердым.

Я никогда не был фанатом психотерапии, у меня не возникало желания сидеть и разговаривать с каким-то шарлатаном. Однако с Дейзи я поговорю. За последние несколько месяцев я постепенно рассказал ей о своем прошлом, о Камми, обо всем на свете.

— Камми возвращается в Мельбурн на Рождество. — Вздыхаю я.

— И это плохо?

— Не знаю. — Я слегка пожимаю плечами. — У меня не хватит силы воли держаться от нее на расстоянии, если она будет так близко.

— Вин, ты же Де Беллис. У тебя есть возможность навещать ее в любое время, когда захочешь, но ты решил этого не делать. У тебя есть сила воли, — говорит Дейзи.

— Но мне следует держаться от нее подальше, верно?

— Почему?

— Потому что в прошлый раз, когда я уходил, это было тяжело... очень тяжело. Что, если я не смогу снова уйти? — Говорю я ей.

— А что, если ты не уйдешь? Что случится, если ты этого не сделаешь? — Спрашивает меня Дейзи.

— В конечном итоге я причиню ей еще больше боли. Снова затяну ее в свою тьму, — пытаюсь объяснить я. — Я не хочу этого делать.

— Тогда не делай. Ты понимаешь, что, сохраняя дистанцию между вами, ты причиняешь боль только себе и Камми? Она вообще все еще хочет быть с тобой, Вин? Откуда ты знаешь, что она не решила двигаться дальше и не нашла кого-то другого?

Я свирепо смотрю на свою невестку. О, да, кстати, еще один секрет, о котором, похоже, никто в семье не знает, – это то, что Гейб женился на Дейзи до того, как его посадили. Чертов идиот никому не рассказал об этом.

— Она не двигается дальше, — ворчу я.

— Видишь? — Дейзи указывает на меня. — Тебе нужно либо отпустить ее, либо стать мужчиной и быть рядом с ней, пока она действительно не начала двигаться дальше. — Она качает головой. — Я понимаю. Ты боишься привести ее в мир, в котором живешь ты и братья. Но ты действительно хочешь провести остаток жизни в одиночестве?

— Дело не в семье, Дейзи. Ты же знаешь. Я в полном дерьме. Я даже прикоснуться к ней не могу без ее просьбы. Как бы мне этого ни хотелось. — Я провожу рукой по лицу.

— Она когда-нибудь упоминала, что ее это беспокоит? — Дейзи вздергивает бровь, глядя на меня.

— Нет. — Я полностью верю, что Камми – любовь всей моей жизни. Она готова на все ради меня, и я готов на все ради нее. Именно поэтому я мучаю нас обоих, держа порознь.