Спасение мстителя полностью

На случай, если кто-то захочет их прервать, ни слова не говоря утащил Нику вглубь гаража за «Комбат», а затем обрушился на ее губы, вдавив девушку в стену. От его напора застучали висящие на стене поблизости инструменты. Ника зарылась пальчиками ему в волосы, царапая ноготками кожу, и Винсент зарычал.

— Доброе утро, — прошептал у ее губ, а когда Ника потерлась об его эрекцию, почувствовал, как оживает тело.

— Доброе утро, — поприветствовала она. — Я рада, что ты дома.

Где-то в районе сердца затеплился огонек, но Винсент погасил его.

— Я тоже.

Он подхватил девушку на руки, заставляя обхватить себя бедрами, и на ватных ногах направился к двери. К черту скромность! Можно подумать, Ева и Габриэль не приучили никого к тому, каково это — жить в доме с новоиспеченными любовниками.

Винсент толкнул тяжелую стальную дверь, позволив той захлопнуться позади, и нажал на кнопку, чтобы опустить дверь гаража. Направляясь прямиком к лестнице, он еще крепче сжал Нику, в ответ почувствовав теплое дыхание, а затем и губы у своего уха.

— Тебе лучше прекратить так делать, — хрипло предостерег он, с трудом сдерживая желание. — В противном случае я могу просто тра...

— Ви?

Словно от выстрела пистолета он застыл на месте. «Черт». Вдвойне черт, когда Ника подняла голову.

— Позже, Гейб. — Винсент продолжил путь, переживая, что друг начнет настаивать на разговоре. — Дай мне час, — угрожающе прорычал он.

Послышался смешок, от которого кровь Винсента закипела как лава.

— Между прочим, ты серьезно вляпалась, Ника, — крикнул Габриэль, когда они завернули за угол.

— Вот черт. — Ника явно почувствовала себя виноватой. — Ева только что написала Габриэлю, что мы собираемся поехать в клуб к Калебу. Я должна объяснить...

— Я все объясню за тебя, — пробасил Винсент, — позже. Сейчас есть только ты и я.

Медленная улыбка согнала напряжение с ее лица.

— Но Еве не стоит знать...

— Позже, — повторил он еще громче.

— Ладно-ладно. Хорошо.

— Спасибо.

— Нет. Тебе спасибо.

Она сжала бедра вокруг его талии, и Винсент споткнулся, хватаясь за дверную ручку.

— Подожди пока с благодарностями.

Он захлопнул за собой дверь спальни и защелкнул замок.

Затем опустил ее на кровать, и Ника захихикала. Его рот завладел ее губами, пока они срывали друг с друга одежду. Винсент услышал, как последовав его примеру, она тоже скинула обувь. Многозадачность в лучшем виде. Блузка оказалась на полу, и Винсент накрыл ладонями грудь.

— Где твой лифчик? — требовательно спросил он, сжимая ее, и зарычал, когда соски превратились в маленькие горошины.

— Вшит в блузку.

Ника приподняла край его футболки и принялась расстегивать пуговицу и молнию на джинсах.

Не желая убирать руки от восхитительной груди, Винсент все равно провел по ее длинным ногам, спуская джинсы и трусики. Как только она осталась обнаженной, стянул через голову свою футболку и снова прижал девушку к кровати. Ее прикосновения по всему телу оставляли неизгладимый след на разгоряченной коже, пока Винсент прокладывал дорожку из поцелуев от подбородка вниз по шее и груди, втянув сосок в рот. Второй ладонью смял другую грудь. И тут же дернулся, едва почувствовал, как пальчики сомкнулись вокруг его члена. Это ощущение заставило прижаться к Нике так, словно они стали одним целым.

— Твои штаны, Винсент.

Он оторвался от такой манящей груди и встал, резко сдергивая с себя джинсы. Все еще стоя, схватил Нику за икры и подтащил к краю кровати. Подложив под ее бедра подушку, от открывшегося ему вида едва устоял на ногах. Ее волосы ярким ореолом окружали голову, сливочная кожа уже немного раскраснелась от жара, глаза потемнели от желания. Возбужденная, готовая и ждущая, когда Винсент возьмет ее.

Ника нетерпеливо кивнула.

— Так дай же мне повод поблагодарить тебя.

Ника призывно приподняла бедра, и он с готовностью принял приглашение.

Надел презерватив и, обхватив ее бедра, вошел одним глубоким толчком до самого основания. Они оба застонали от ощущений, когда ее стеночки крепко сжали его член…

Плохая идея стоять, когда все тело пробирает дрожь. Очень плохая. Винсент попытался сосредоточиться только на Нике, на том, насколько правильным казалось находиться глубоко внутри нее. Он провел рукой по внутренней стороне ее бедра и скользнул большим пальцем по клитору, наблюдая, как на ее шее выступают венки. Второй рукой опустил ее ногу, раскрывая шире. Удивительно гибкая. Прекрасная во всем.

Мышцы бедер дрожали, как будто Винсент только что пробежал марафон. Но не физическая нагрузка тому виной. Нет. Причиной охватившей его слабости стали эмоции. Его обуревали чувства: вина, ярость, жажда мести и тревога с одной стороны и страсть, желание никому ее не отдавать, обожание и нежность — с другой.

— На этот раз никуда не пропадай, Винсент. Не... отстраняйся. Останься со мной?