Спасение Рейн полностью

Теперь я видел этот страх в ее глазах. Но он не был направлен на меня, несмотря на то, что она смотрела вперед, прижав руки к моей груди.

— Он знал, где я живу, и взял то, что хотел, — прошептала она.

И вот так девушка, которую я спас, превратилась в девушку, которую я подвел.

Еще одно имя в списке.

— Нет, — сказал я, качая головой. Не желая верить в то, что это правда.

Я не хотел слышать о том, что произошло, и в то же время желал узнать все до мельчайших подробностей. Хотел, чтобы Рэй пронзила мою кожу той пыткой, которой ее подвергли. Хотел, чтобы это было зашито в моем сердце. Я хотел, чтобы это стало концом меня, только чтобы это не стало концом ее.

— Это был всего лишь один раз, — быстро сказала она, несмотря на то, как сильно дрожали ее руки на моей рубашке.

— Да, но ведь это было не совсем так, правда? — разозлился я, хотя не хотел этого. Мой гнев не предназначался для нее.

Ее дыхание стало прерывистым, когда Рэй заколебалась, прежде чем быстро покачать головой.

Тогда я произнес слова, которые она не хотела произносить:

— И он отец Ноя.

И надеялся, что Рейн скажет, что я ошибаюсь. Надеялся, что она скажет, что я неправильно понял и что Ной был сыном кого-то плохого, но не такого плохого. Но Рэй не могла доставить мне такого удовольствия, потому что это была бы ложь.

Она сжала зубами нижнюю губу, ее пальцы едва заметно дернулись на моей груди, и у меня свело желудок. Потребность в рвоте пронеслась по мне, как товарный поезд, и я отвернулся, делая вдох за вдохом, надеясь подавить нарастающую ярость, пока не разрушил что-то важное.

— Я думал, что спас тебя, — прошептал я, понимая, как глупо и жалко это звучит сейчас.

Господи, каким же идиотом я был, если верил, что, защитив ее однажды, предотвратил все плохое в ее жизни? Тринадцать лет. Тринадцать долбаных лет прошло с той ночи, и если моя жизнь почти десять лет была однообразным циклом, в котором ничего особенного не происходило, то ее — нет. Дерьмо случилось. Много.

И в этом была моя вина.

Было бы все по-другому, если бы я просто не вмешивался? Смог бы жить в ладах с собой, если бы просто стоял в стороне и позволял этому происходить, игнорируя ее, как и все остальные придурки в ту ночь?

— Солджер, нет, — возразила Рэй, потянувшись рукой к моему лицу и вернув мои глаза к своим. — Ты спас меня. Был рядом со мной в ту ночь, когда никто другой даже не взглянул на меня. Ты был моим героем. И показал мне, что в этом мире есть хорошие парни, и я никогда не забывала об этом. Я никогда не забывала тебя.

Я пристально смотрел ей в глаза, не желая понимать, как эта женщина пережила столько страданий и при этом смотрела на меня с такой надеждой. Как она не сломалась после всего этого? И как могла продолжать снова и снова смотреть в глаза этому человеку? Как могла смотреть в глаза своему сыну — плоду ее постоянных мучений?

«Боже, как мне стыдно».

— Значит, когда Сет был здесь в последний раз, он, — я зажмурил глаза, не в силах поверить в то, что собирался произнести эти слова, — поранил твое запястье и…

Я вспомнил, что сказал Ной. Что его отец злился, когда Рэй отказывалась идти с ним в спальню.

«Меня сейчас вырвет».

Она покачала головой.

— Я ему не позволила. Вот почему он разозлился, и я велела Ною посидеть снаружи.

— Хорошо.

Боже, нет, все было не в порядке. Но, по крайней мере, Рэй отбилась от него. Не без того, чтобы заплатить определенную цену, но… она отбилась от него.

Я изо всех сил старался успокоить свое дыхание и сердцебиение, когда сказал:

— Ты больше его не увидишь.

Рэй вытаращила глаза на это утверждение, как будто у меня хватило наглости.

— Солджер, я не могу просто… отнять у него сына. К-как я ему это объясню?

— Тебе и не придется, — сказал я, сжимая и разжимая кулаки. — Если я еще раз увижу, как подъезжает его гребаный грузовик, он будет иметь дело со мной.

— Нет! — закричала Рэй, и эта реакция заставила меня подозрительно прищурить глаза, глядя на нее. — Нет. Позволь мне разобраться с этим. Пожалуйста. Я скажу ему, что с меня хватит этого дерьма и что я получу запретительный судебный приказ, если он еще хоть раз приблизится к нам. Просто дай мне попробовать.

Интуиция подсказывала мне не соглашаться, и это не имело никакого отношения к тому, что я не доверял ее попыткам. Нет, я не доверял Сету и его готовности подчиниться. Этот парень насиловал ее годами. Он годами проявлял насилие. Что, черт возьми, она думала, изменится теперь?

Но все же она была взрослой женщиной, и я должен был это уважать.

— Хорошо, — нерешительно согласился я. — Когда ты увидишь его снова?

Рэй пожала плечами и обхватила себя руками.

— Я никогда не знаю. Он приходит, когда хочет. Иногда проходят месяцы, прежде чем он покажет свое лицо, а иногда — всего несколько дней. Это зависит, наверное, от того, что еще у него происходит.

У меня сжались челюсти, а в голове заскрипели шестеренки. Что еще у него происходило? Мы говорили о Сете, а я не знал о нем ничего, кроме того, что он был приятелем Леви и того, что Рэй только что рассказала мне.