Потянулись мучительные дни ожидания. Я старалась не думать о своем немощном теле. Старик-лекарь был лучшим в своем деле — казалось, он знал все о человеческих органах, болезнях и способах их лечения, — и он из кожи вон лез в попытках возродить мое тело. Сутки напролет он просиживал в полутемном хранилище, пытаясь повысить эффект своих настоев, экстрактов и соков, которые я принимала с благодарностью, и не важно сколь горькими и пахучими они были. Сказать по правде, я была готова пить даже болотную воду с плавающими в ней жабами, лишь бы вновь не встречаться с некромантом.
Однажды утром ко мне вернулась способность говорить, и я сразу потребовала принести мне серебряную птицу, которую я получила в дар от короля. И только получив артефакт и заметно успокоившись, я решила поговорить о своем здоровье. Прибывающий в благодушном настроении старик-лекарь заметил, что специализируется лишь на болезнях тела. Меня же принесли к нему не только с ужасными ранами, покрывающими мое тело, но и с еще более глубокой травмой энергетической оболочки.
Лекарь не знал, что случилось тогда в покоях монарха, однако это не помешало ему озвучить свои догадки, благодаря которым я смогла нарисовать полную картину. Там на башне мне удалось впустить в себя и даже создать некий симбиоз из мощных, разнонаправленных энергий. Эта нестабильная, растущая в моем теле сила готова была меня прикончить, и если бы не своевременное вмешательство Шампуса, я бы проиграла. Меня не интересовали жертвы, на которые пошел Шампус, главное, что я осталась жива. Однако, как оказалось, впустила в себя большое количество черной энергии, против которой лекарь был абсолютно бессилен. Лекарь боролся за мою жизнь, но лучше мне не становилось. И тогда Шампус обратился к услугам некроманта, но тут мое тело напиталось живительным эфиром, растворив черную энергию Шампуса, и ничего более не мешало лекарю делать его работу.
— Что с королем?
— Наш король здравствует, а в гости не жалует лишь потому, что боится нарушить хрупкий энергетический баланс твоего организма.
Другими словами, Шампус ждет, когда я окончательно поправлюсь.
Я и поправлялась. Мое тело крепло, а вместе с ним крепло и желание сбежать. Сбежать от Шампуса. И не важно куда, лишь бы только сбежать…
— Валтор?
Валтор пошарил в нагрудных карманах, к которым так и не смог привыкнуть, перешел комнату и протянул королю сверток.
— Здесь все указания.
— Указания? — ухмыльнулся Шампус. — Были времена, когда они боялись слово лишнее сказать. А сейчас — указывают.
Сорвав восковую печать Совета, представляющую собой круг с девятью клинками, Шампус расправил лист и углубился в чтение.
Валтор отвернулся к артефактам, малая часть которых оставалась все еще активирована, и голосом, лишенным эмоций, сказал:
— Если ты откажешься передать им «иную», они вынуждены будут забрать ее силой.
— Надо полагать, они прибудут в полном составе? — спросил король, не отрываясь от чтения.
Несколько минут прошли в полной тишине.
— На этот раз они превзошли себя, — наконец сказал Шампус. — Раззвонили на все королевство, что во дворце проживает «иная». Потребовали подчиниться закону и передать им девчонку. Даже дату назначили.
— Что будешь делать?
Шампус улыбнулся своим мыслям. Медленно разорвал лист и бросил клочки на пол.
— На их стороне закон, — Валтор развел руками.
— Закон давно требует изменений.
— Народ встал на сторону Совета.
— Все к лучшему. Я давно планировал послать вооруженную армию магов на помощь императору. Империя переживает тяжелые времена. Наш долг поддержать большого брата, несмотря на все наши разногласия в прошлом.
— Выходит, ты не намерен отступать.
— Они ее не получат.
И дело не только в «иной».
Власть развращает. Абсолютная власть доводит до маразма. Девять хранителей первичного знания возглавляющих Совет Судеб, только и ждут дня, когда смогут сместить его. Ненасытные ублюдки в выбеленных тогах искренне верят в то, что им по силам изгнать повелительницу Мрака и ее демонов обратно в низшую сферу. Что ж, он не позволит глупцам объединить энергию своих универсумов, не позволит воссоздать мистическое оружие, не позволит вновь открыть портал между мирами. Хотят создать новый мир и встать во главе его? Пусть катятся в бездну. Он их проводит.
— Совет не раз отступал передо мной, подавляя свою ненависть. Отступит и сейчас, — рассудил Шампус.
— Меня пугает твое спокойствие, — помертвевшим голосом произнес Валтор.
Я положила ладонь на стекло, которое служило границей, разделяющей мир сумрачных гор, залитый яркими красками свободы, и серый безрадостный мир реальности, сковывающий мою жизнь дворцовыми стенами.
«Как мало времени осталось» … — думала я, ощущая, как проникает в меня холод оконного стекла.
