Сэйди посмотрела ему на руки, потом перевела взгляд на его лицо.
- Но ты этого не сделал.
Винс покачал головой, и его губы изогнулись в кривой улыбке.
- Если я заявлюсь на свадьбу сестры с фингалом, она надерет мне задницу. – Он замолчал, и его улыбка исчезла. – Честно говоря, я не сделал этого, потому что не хотел, чтобы ты подумала, будто я из тех парней, которые не могут себя контролировать. В первый раз в жизни меня волнует, что женщина думает обо мне. Меня волнует, что ты думаешь обо мне.
Сердце Сэйди чуть сжалось, и она попыталась не видеть за этими словами то, чего в них не было. Забота о чужом мнении – это не любовь.
- Прошлой ночью, когда я увидел тебя, то подумал, что мы сумеем все вернуть назад. Просто начать с того места, где остановились.
- Это невозможно.
- Знаю. Я никогда не думал, что ты станешь чем-то бòльшим, чем приключение на одну ночь.
- Знаю. – Сэйди уставилась в пол. Она никогда не думала, что Винс станет чем-то бòльшим, чем другом с привилегиями. Но часть про дружбу обернулась любовью.
- Но одна ночь превратилась в две, а две в три, а три в неделю, а неделя в две недели. Две недели в два месяца. Я никогда не был с женщиной так долго, как был с тобой.
Сэйди подняла взгляд:
- Полагаю, я должна чувствовать себя польщенной, что тебе понадобилось так много времени, чтобы заскучать.
- Вчера я сказал тебе, что не скучал. И не был готов все закончить.
- Тогда почему ты сделал это?
Он сложил руки на груди.
- Потому что той ночью ты увидела меня. Я никогда не хотел, чтобы ты видела меня таким. Никто, кроме военного дока, не знает об этих кошмарах, и я никогда не хотел, чтобы кто-нибудь узнал. Особенно ты. – Винс покачал головой. – Никогда.
Сэйди оттолкнулась от двери.
- Почему?
- Потому что я – мужчина. – Он пожал плечами и опустил руки. – Потому что я должен все держать под контролем. Потому что я «морской котик». Потому что я воин, и у меня нет посттравматического синдрома. Потому что я не должен бояться какого-то сна.
- Это не какой-то сон. - Винс посмотрел поверх ее плеча на вазу с желтыми розами, которые Клара Энн принесла из сада. Открыл рот и снова закрыл. - Как долго у тебя кошмары?
- С того времени, как умер Пит. То появляются, то исчезают на протяжении шести лет.
- Твой товарищ Пит Уилсон?
- Да.
- Что с ним случилось?
Винс взглянул на нее, но снова Сэйди подумала, что он смотрит на что-то, чего она не может видеть. И как в тот раз, это разбило ее и так уже разбитое сердце.
- Это должно было случиться со мной. Не с ним. Нас прижали к земле шквальным огнем, пули ударялись о деревья и камни, летели со всех сторон. Пит отстреливался одной рукой, а другой передавал по радио просьбу о поддержке с воздуха. Мы были заперты, под нами морская пехота стреляла по талибам. Но их было так много. Сотни. Не было выхода с этой чертовой горы. Слишком много террористов. Ничего не оставалось, кроме как вставлять новые магазины и надеяться, что удар с воздуха случится вовремя и спасет наши задницы.
Сэйди почувствовала потребность положить ладонь Винсу на щеку и посмотреть ему в глаза. Но не сделала этого. Она любила его, но не могла коснуться.
- Я рада, что ты не умер в тот день.
Винс снова посмотрел налево.
- Пит получил три пули. Одну в левую ногу и две в грудь. Меня не задело. По крайней мере, талибскими пулями. Штурмовики и пулеметы взрывали к чертям все живое в расщелинах, пока все талибские боевики не были уничтожены. Когда спасательные вертолеты, наконец, прилетели с юга, Пит был мертв. Я оглох и выблевывал свои внутренности, но остался жив.
Сэйди подняла руку.
- Стой. Ты оглох?
- Из-за контузии после удара с воздуха. – Он пожал плечами, будто тут не было ничего особенного. – Слух ко мне вернулся, но левым ухом я слышу только примерно на шестьдесят процентов.
Так вот почему Винс иногда смотрел, как она говорит. А она-то думала, что ему нравится наблюдать за ее губами.
- Я никому не рассказывал про Пита, но ты видела меня в самом худшем состоянии, и я подумал, ты должна узнать. Я приехал сюда, чтобы рассказать, почему повел себя так, как повел, после того как ты увидела меня жалким… ну, увидела меня в углу коридора.
Он не должен был объясняться перед ней.
- Ты не был жалким.
- Женщина должна чувствовать себя в безопасности рядом с мужчиной. А не находить его трясущимся в углу и кричащим на тени.
- Я всегда чувствовала себя в безопасности рядом с тобой. Даже той ночью.
Винс покачал головой.
- Мужчина должен заботиться о женщине. А не наоборот. Ты видела меня на самом дне, и я сожалею об этом. Сожалею о многих вещах, особенно о том, что просто оттолкнул тебя той ночью. Я вроде как надеялся, что ты сможешь забыть все, что тогда случилось.
- Ты за этим сюда приехал? – Винс должен был знать, что она не станет сплетничать. Ну, ни о чем, за исключением беспорядочных связей Джейн. – Я бы никогда никому не рассказала об этом.
Так же как и о том, что ее бросили на пороге собственного дома.
- Я не беспокоился, что ты кому-то расскажешь. И это не единственная причина, по которой я здесь. Есть еще кое-что.
