— А я не только поужинала, я и чаю с тортиком попила…
— А! Утаила от меня тортик, заныкала… — развеселился Сергей.
— Конечно, утаила, тебя до тортика допусти, через десять минут ничего не останется!
«Пригласить? Он явно напрашивается в гости. Или выдержать паузу и не торопиться с приглашением, как уважающей себя даме, избалованной звонками многочисленных поклонников?»
— Через полчаса освобожусь, приеду тортик есть. — Последние слова прозвучали вопросительно.
— А с тебя бутылка шампанского! — скомандовала Аня. — Только обязательно полусладкое, а то сухое я не люблю.
Вот и еще один день позади. И наконец-то закрыто дело Гербер, одной нагрузкой меньше. Сегодня хорошо бы домой пораньше прийти, и спокойно поужинать, и не спеша поговорить с мамой. Виктор Павлов очень любил свой дом, и свою маму, и поздние чаепития на кухне. Раньше они жили втроем, бабушка переехала к ним, когда стала совсем старенькая, но несколько лет назад бабушка умерла, и теперь они вдвоем.
Осталась бабушкина квартира, и Виктор попытался какое-то время там пожить, но одному было тоскливо и голодно. Поэтому иногда Виктор забегал проведать бабушкину квартиру, полить старое алоэ, проветрить и смахнуть пыль, протереть пол.
Конечно, здорово, что у него есть своя квартира, и когда появится избранница, то он приведет ее в этот, теперь уже свой дом. А пока он жил, как и прежде, с мамой, лучшим своим другом. Виктор никому не рассказывал, что с мамой его связывают доверительные и товарищеские отношения, начнут еще подшучивать, парню скоро тридцать, а он все не может от матери сепарироваться. Не может, тяжело ему это. Помимо того, что на маме полностью весь быт, когда ему, оперу, всем этим хозяйством заниматься, но никто не понимает его так, как мама, и никто не дает ему таких здравых житейских советов. А для девушек он слишком занудный и правильный, им с ним неинтересно. А еще невысокий и коренастый. И все же не может же такого быть, чтобы в этом большом мире не нашлась девушка, которая полюбит его? И тогда они смогут создать свой маленький мир.
