Он отпустил мою руку и направился к тому классу, в котором у него и его друзей начинались занятия. Сирил и Алистер пошли за ним, а я смотрела им вслед, пока Джеймс не оглянулся и не улыбнулся. Мне пора было идти в класс, а я стояла как в землю вкопанная.
Если вспомнить, как у нас все начиналось, то невозможно поверить, до чего мы дошли: ходить по школе, держась за ручку, у всех на глазах.
Но осознавать это было приятно.
Более того: все казалось очень правильным.
– Куда бы я сегодня ни пришла, – сказала Лин во второй половине дня, плюхаясь рядом со мной на один из стульев, которые мы выставили в кружок, – единственной темой для разговоров были ты и Джеймс.
Я испуганно взглянула на дверь, но она по-прежнему была закрыта. Кроме нас двоих в помещении для групповых занятий пока никого не было.
– Что, правда?
Лин кивнула:
– Да. А когда я на перемене пошла взять себе кофе, в столовой почти каждый говорил об этом.
Я почувствовала некоторую неловкость, но решила не поддаваться этой тревоге. Было ясно, что я могу окончательно забыть о своем плаще-невидимке, раз уж расхаживаю по школе за ручку с Джеймсом Бофортом. С начала учебного года и без того произошло много перемен, поэтому мне стало безразлично, знают ли меня люди и судачат ли о нас. По крайней мере, почти.
– Я, кстати, лопаюсь от любопытства, – добавила Лин.
– Прости, что ничего тебе не рассказала, – извинилась я. – Но я еще толком не знаю, что, собственно, произошло. Он приехал ко мне домой, и… – Я позволила себе легкую улыбку. – Все было круто.
– Вы поговорили? Обо всем?
Я кивнула:
– Да. Это было по-настоящему тяжело. И я до сих пор не верю, что мы можем делать вид, будто ничего не случилось. Но… – Я медленно вдохнула и снова выдохнула. – У меня все равно откуда-то есть надежда, что у нас получится.
Между мной и Джеймсом далеко еще не все в порядке. Слишком многое произошло, и слишком много страха, что он снова может меня ранить. Однако вчера я чувствовала себя просто счастливой – и этого чувства мне хотелось бы держаться, пока есть такая возможность.
Лин вздохнула:
– Звучит неплохо. Я за тебя рада, вот честно, Руби.
Ее грустный тон поставил меня в тупик. Потом я вспомнила о том, что Лин в пятницу вечером отправилась с остальными в паб, чтобы там поговорить с Сирилом. Я тут же почувствовала укол совести. Из-за того, что у меня так много всего произошло и я забыла расспросить ее про субботу.
– Есть какие-то новости? – осторожно спросила я.
Лин сжала губы. Какое-то время казалось, что она хочет забраковать эту тему, но потом она порывисто вздохнула:
– Да. Есть такая новость: отныне я могу сконцентрироваться только на Оксфорде.
Я с сочувствием посмотрела на нее:
– Что произошло?
Она пожала плечами:
– Сирил порвал со мной.
Я сделала резкой вдох:
– Черт.
– Все было так, как я и предполагала. Он влюблен в Лидию, – тихо продолжала она. – И у него появилась надежда на ее счет.
– Это он тебе так сказал? – недоверчиво спросила я.
Она медленно кивнула:
– Причем однозначно да.
– Мне очень жаль, Лин. Если я могу для тебя что-нибудь сделать…
– Нет, но спасибо. Я думаю, хорошо, что он наконец признался. А то бы я бегала за ним до самого Оксфорда, и это помешало бы мне учиться там. Я просто придавала этому слишком много значения.
Я нерешительно положила ладонь ей на спину.
– Да все хорошо.
Я нерешительно смотрела на нее некоторое время, потом погладила ее по спине и убрала руку.
– В пятницу хорошо бы устроить девичник, как ты думаешь?
Лин казалась нерешительной, но выдавила из себя улыбку:
– Я тебе потом скажу, ладно?
Некоторое время мы сидели молча и смотрели на столы, которые сдвинули к задней стене помещения, чтобы освободить место для нашего кружка.
– Как ты думаешь, остальным понравится? – спросила наконец Лин, вымучивая из себя радость.
– Конечно, – сказала я. – После пятничной лихорадки всем надо пару дней передохнуть, я так думаю.
Как раз когда Лин хотела что-то ответить, дверь распахнулась, и вошли Киран и Джессалин.
– Что это здесь такое? – спросила Джессалин, растерянно озираясь.
Киран же только пробормотал «привет» и быстро сел на один из стульев. То ли мне показалось, то ли он и впрямь выглядел бледнее обычного. Он сосредоточенно рылся в сумке.
Я заметила, как Лин переводит взгляд с меня на него, но не знала, что могу сделать, чтобы как-то сгладить этот момент между нами.
К счастью, тут пришли Камилла и Дуглас, которых тоже удивила наша неожиданная рассадка. Последним в комнату вошел Джеймс. Он поднял брови и огляделся, потом прошел через круг, образованный стульями, и с кривой улыбкой опустился на стул напротив моего.
Рядом со мной откашлялась Лин.
