Её тёмные подкрашенные брови слегка приподнимаются. Но девушка сразу догадывается, что я не совсем понимаю, о чём она говорит. И в какой-то степени мне, наверное, даже должно быть стыдно, но кроме небольшой неловкости я сейчас ничего не испытываю.
– Услуги по сопровождению богатых засранцев, – объясняет она, метнув взгляд на здание. –
Я сдерживаюсь от произнесения этого вслух. Вопросов много, но это не моё дело. И не мне судить людей, осознанно выбравших себе тот или иной путь. Да и я сама много глупостей в своей жизни совершила. Например, раздвинула ноги перед британским мафиози. Понятно же, что хорошо это не кончится, даже если конкретно в тот момент я кончила
– Как тебя зовут? – спрашиваю я, решая зацепиться за новое знакомство. Она работает в месте, в котором, по словам папы, я найду Сару. Меня немного смущает, что тётя имеет какое-то отношение к подобному заведению, но… Чёрт, на кону моя жизнь.
– А тебя? – с усмешкой отвечает девушка вопросом на вопрос.
Морщусь от недоверия. Мне нужно тщательно выбирать тех, кому можно рассказывать о себе, а кому нельзя.
– Девочка, ты попала в какую-то беду? – интересуется она.
Меня поражает, что в её голосе не звучит сарказм. Словно это искренний интерес. К ней снова подходит мужчина, но на этот раз другой. Одет он очень официально, и, наверное, они собираются на одно и то же мероприятие.
– Мисс Миттанк, нам пора ехать, – произносит он вежливым и тихим тоном.
Девушка безмолвно кивает ему.
У нас с ней состоялось странное знакомство, и единственное, что лезет мне в голову, – вероятно, под своими словами о «чего только не увидишь в этом городе» она подразумевала именно криминальную его сторону. Только это объяснило бы её невозмутимое спокойствие, когда она, чёрт возьми, обнаружила в женском туалете труп, а рядом девчонку, которая это и устроила. А значит, мне следует остерегаться её ровно так же, как и Гелдофов.
– У меня всё хорошо, – вру я убедительно. Мне удаётся сохранить в голосе спокойствие. Я начинаю жалеть о том, что вообще с ней заговорила.
– У девушек, направляющихся в
– Мисс Миттанк, – снова произносит мужчина, и на сей раз его голос звучит немного требовательно.
– Я пойду. – Девушка откидывает свои роскошные волосы назад, и только сейчас я вдруг осознаю, что она чем-то похожа на Франческу. Ту самую, что любила бросаться насмешками в мою сторону. Правда, Франческа никогда не выглядела настолько красиво и изящно, как эта незнакомка. Она словно леопардица в человеческом обличии. У неё острые скулы и хищный разрез глаз. – Может, ещё увидимся.
Я растерянно гляжу ей вслед, пока она залезает в машину. А потом автомобиль с громким рёвом трогается с места, вызывая восхищённые улюлюканья проходящих мимо мелких пацанов, мечтающих о таких тачках.
Никогда не думала, что когда-то посещу бордель для богатеев, чтобы найти свою тётушку, которую не видела уже сто лет. Однако именно этим я сейчас и занимаюсь.
Войдя в здание, я замираю у входа. Мне пока ничего не остаётся, кроме как с интересом всё разглядывать и наблюдать. Интерьер холла выдержан в современном стиле и исполнен в спокойных, но строгих тонах: белый, серый и чёрный. Здесь стоит минималистичная мебель с лаконичными формами, а на стенах висят чёрно-белые фото длинноногих моделей в чёрных рамах. Дневной мягкий свет проникает внутрь через панорамные окна. В углу расположена стойка, за которой стоят две девушки, одетых в одинаковую строгую униформу, состоящую из серого пиджака и белой рубашки, и с одинаковыми причёсками: волосы туго собраны в аккуратный пучок, и возникает ощущение, что они натянули брови почти до затылка. Одна из них тут же косится на меня.
– Здравствуйте? – произносит она, звуча при этом немного смущённо. – Можем ли мы вам чем-то помочь?
Я оглядываю себя в стоящем напротив зеркале и понимаю её озадаченность. Сейчас я выгляжу как подросток-оборванка, сбежавшая из дома от выпивающих родителей, которые наверняка и руку на неё поднимают. Эта девушка переглядывается со своей подругой, и в их взглядах явно читается насмешка.
– Я… – запинаясь, отвечаю. – Мне нужна Сара.
Кажется, после сказанного я становлюсь в их глазах ещё большей дурой.
