Осматривая всё вокруг, дохожу взглядом до приехавшего лифта. Дверь открывается, и наружу выбегает неуклюжий паренёк, держа в руке белый стаканчик, от которого поднимается пар, и едва не валится на белоснежный пол, который только что протёрла уборщица. Я хмурюсь, не понимая, куда это он так спешит, а потом поворачиваю голову в сторону открывшихся входных дверей. В холл в сопровождении секьюрити заходит очень красивая невысокая женщина со смуглой кожей. Тёмно-красное прямое платье до колен облегает её округлые большие бёдра и немаленькую грудь. Однако, несмотря на такой нескромный наряд, она совершенно не выглядит вульгарно. У неё платиново-блондинистые короткие волосы, зачёсанные назад, в руках тёмно-красная дизайнерская сумочка. Она кивком указывает своей охране идти прочь, и они послушно прощаются с ней, пожелав хорошего дня, и выходят. Женщина проходит, стуча невысокими каблуками, к стойке, за которой её приветливо, улыбаясь во все зубы, встречают девушки, наконец отлепляя взгляд от меня.
– Доброе утро, мисс Кортес! – одновременно проговаривают они.
Я резко вздыхаю, услышав эту фамилию. Неужели это она? Правда ведь? Напрягаюсь, заострив внимание на женщине, чтобы точно убедиться в том, что это тот человек, о котором я думаю.
– Ой, довольно вашей учтивости,
– Ваш кофе, мэм, – улыбается неуклюжий паренёк, протягивая стакан, который едва не уронил, пока выбегал из лифта.
– Спасибо, Коул. Ты как всегда вовремя!
Я с замиранием сердца жду, когда она обернётся. Узнает ли она меня? Я была совсем малышкой, когда в последний раз видела её. Но я похожа внешне на маму. Так мне все говорили и говорят. Даже чёртов Вистан.
Я схожу со своего места, когда женщина разворачивается и встречается со мной взглядом тёмно-карих глаз – очень-очень знакомых, в какой-то степени родных. Чёрт, это точно она. Одна из девушек за её спиной спешит объяснить:
– Эта девушка хотела вас видеть, как она нам сообщила.
– Вот как, – задумчиво произносит женщина, делая глоток кофе. – Кажется, я просила не впускать сюда кого попало. Когда это место стало проходным двором,
Её аккуратные густые тёмные брови, которые подсказывают, что волосы крашены, хмурятся в недовольстве. Не желая затягивать с этим, я решаю заговорить:
– Не нужно ругать свою охрану, мисс… Я думаю, вы будете более гостеприимны, когда узнаете меня.
Женщина подходит чуть ближе, моментами отпивая кофе. Мне кажется, в её взгляде что-то меняется. Девушки позади неё и парень по имени Коул пялятся на меня с любопытством, словно я стала арт-объектом.
– Узнаю? Как тебя зовут, позволь спросить? – с прищуром спрашивает блондинка. Она выглядит так, будто пытается понять, где могла видеть меня раньше.
Меня это забавляет, не получается сдержать смешок.
– Каталина Норвуд, – говорю я с лёгкой улыбкой.
Её и без того большие выразительные глаза расширяются. Едва не поперхнувшись своим кофе, она отставляет его на столик у дивана и идёт ко мне, ускорив шаг.
– Тётя Сара, я ни черта не поняла, – говорю я, смеясь.
Она отстраняется и с некой строгостью смотрит на меня в ответ на моё признание. Девушки за стойкой и парень удивлённо переглядываются.
– Неужели твоя мать так и не обучила тебя родному языку? – с высокой интонацией возмущается Сара.
Я замечаю, как она морщит нос. Наверное, учуяла запах крови, которым от меня разит.
– Она пыталась, но у меня были дела гораздо важней.
– Ничего страшного,
Я закусываю губу, растерянно похлопав глазами. Вот чёрт. Я даже не успела придумать, как именно сообщу ей о произошедшем. Вряд ли мне удастся спокойно выдать ей всё как есть, учитывая, как это прозвучит со стороны. Но, боже, я действительно встретила свою тётушку, которую видела пару раз за жизнь, и она меня ещё и узнала!
На самом деле я совсем немного слышала о ней, да и те крохи имели не самый красочный подтекст. Мама говорила, что Сара «испортилась», стала позором семьи, но никогда не уточняла, из-за чего именно. Это она и имела ввиду? То, что Сара работает в борделе?.. В
– Нет, я одна, – говорю, стараясь держать тон нейтральным и не позволить дрожи в голосе вырваться наружу. В этой фразе слишком много смысла.
– Так, в чём дело? Я вижу, тебя что-то тяготит, но ты не хочешь признаваться.
Как же быстро она меня раскусила.
– Давай поднимемся ко мне и всё обсудим за чашкой
Я смеюсь от её активного жестикулирования и весёлого громкого голоса. И хоть Сара – родная сестра моей матери, они абсолютно разные в поведении. Даже представить не могу, чтобы мама вела себя подобным образом.
