Потеряв всех, кто был мне дорог, я молила небеса забрать оставшееся - мою никчёмную жизнь. Спустя пять лет, наконец, снова начала дышать. Перспективная карьера, уверенность в себе и заботливый жених. Что ещё нужно? Всё изменилось в одну секунду, когда я услышала раскатистый ледяной голос за спиной: - Спаси свою дочь, бывшая! – требовательным тоном произнёс человек, которого я мечтала никогда больше не вспоминать. Что он сказал? Свою? Этого не может быть, ведь моя умерла во время родов… Или может? Резко оборачиваюсь, чтобы дать достойный ответ, но не могу выдавить из себя ни слова. Он мне не лжёт… не лжёт ведь?
- Катюш, ты же понимаешь, что Марат сделает тебе предложение? – спрашивает моя коллега и хорошая подруга, Юля.
Её янтарные глазки блестят, на губах блуждает мечтательная улыбка, словно предложение собираются сделать ей. Меня это ничуть не трогает: проходили уже, и ничего хорошего не произошло. Жених променял меня на другую, растоптал моё сердце и разрушил жизнь до основания. Я не жду от Марата красивого предложения, и очень рассчитываю, что это будет просто разговор, во время которого мы, как взрослые люди, примем решение пожениться.
- Это неудивительно, Юль. Всё шло к свадьбе. Просто мы не хотели спешить. Сегодня год, как мы вместе.
- Всё равно так волнительно. Я рада за тебя. Марат Аристархович чудесный человек.
И наш руководитель.
Как вступила в отношения со своим боссом, я толком и не помнила. На тот момент даже не думала, что это выльется во что-то серьёзное, но Марат добивался меня. Как новый этап отношений скажется на рабочих – пока не знаю. Очень хочется верить, что ему не придёт в голову сделать из меня домохозяйку. Это придётся обсудить сразу. Лучше в лоб сказать, что я жду от брака, чтобы никто не обманывался.
- Чудесный, я с тобой согласна, - киваю я.
Марат пишет, что забронировал столик в нашем любимом ресторанчике. Он пришлёт личного водителя, который отвезёт меня туда к назначенному времени. Ещё бы успеть вернуться домой и привести себя в порядок.
- Юль, можно я чуточку пораньше уйду? Боюсь, не успею с укладкой, если засижусь до окончания рабочего дня.
- Конечно! Могла даже не спрашивать! Я разберусь, тем более тут не так много всего осталось на сегодня. Буду держать за тебя кулачки. С тебя фотография обручального колечка!
Юлька чуть ли не пищит от восторга, а у меня тяжесть на сердце. Я боюсь, что прошлое повторится. Не хочу снова проходить через боль, маяться и стоять на краю обрыва с мыслью прыгнуть и покончить с этим раз и навсегда. Может, именно по этой причине не смогла пустить любовь в сердце? Марата я уважаю, это бесспорно. Он симпатичен мне. Но о любви кричать не хочется.
Собираюсь, чмокаю Юльку, пообещав держать её в курсе всего, и покидаю душный офис. На улице сегодня прохладно. Я втягиваю в лёгкие порцию свежего воздуха и на мгновение прикрываю глаза.
Правильно ли выходить замуж без любви?
С ней не получилось.
Ничего кроме боли я не испытала.
До сих пор та напоминает о себе в ночных кошмарах, колотится на задворках сознания и пытается потопить меня.
Слышу размеренные шаги за спиной, но не оборачиваюсь. Что-то внутри переворачивается. Кажется, я слишком хорошо знаю аромат парфюма, проникающего в носовые пазухи?.. Сердце начинает биться чаще. Этого просто не может быть! Ускоряюсь и иду быстрее, но ледяные пальцы ложатся мне на плечо и сжимаются, заставляя остановиться.
Я не обозналась?
Обернуться так и не решаюсь.
Мне слишком страшно посмотреть в глаза прошлому.
- Спаси свою дочь, бывшая!
Все внутренности скручивает тугим узлом. Мне тяжело удерживаться на ногах. Ком отвращения ползёт к горлу ядовитой змеёй. Он издевается? Свою дочь?
Дёргая плечом, чтобы стряхнуть навязчивую ладонь, я медленно оборачиваюсь, чтобы выплюнуть в глаза всё, что думаю о своём бывшем, но льдистые синие глаза собеседника не лгут.
Этого не может быть! Моя дочь погибла во время родов!.. Или м-может?
- Не скажу, что мне приятна эта встреча, Суворов. Ты ничего не путаешь? Моя дочь погибла во время родов. Кого я должна спасать?
- Этой ложью ты могла кормить меня раньше, пока я не узнал всей правды. Я не собираюсь церемониться с тобой, Катрин. Ты либо поможешь дочери по собственной воле, либо я силой запихну тебя в машину и заставлю сделать это. У Вари слишком низкий иммунитет, и у меня нет времени уговаривать тебя. Да и желания, после всего, что ты сделала, - тоже.
Я не могу даже вдохнуть полной грудью. Стою, не шелохнувшись, и стараюсь понять услышанное. У меня есть дочь? Серьёзно? Нет… Он лжёт. Суворов просто нагло лжёт, пытаясь снова сломать меня, заставить страдать и вновь собирать себя по крупицам. Я похоронила ребёнка, несколько лет приходила в себя. Это не может оказаться правдой.
- Я не собираюсь слушать твой бред, - качаю головой я.
Хочу развернуться и ускориться, добежать до остановки, нырнуть в автобус и выкинуть эту встречу из головы, но не успеваю этого сделать.
Чувствую, как большая дурно пахнущая рука ложится на моё лицо. В ней платочек, пропитанный чем-то слишком резко пахнущим. Ноги подкашиваются, и я толком ничего не соображаю. Руки опадают плетьми вдоль тела. Сердце замедляется.
- Грузите её в машину, - ледяной голос Суворова доносится до сознания.
Хочу сказать ему, что Марат его закопает, но язык отказывается поворачиваться, и я выдаю лишь бессвязную речь.
- Тебе не удалось убить нашу дочь в первый раз. И сейчас не позволю. Как только мы возьмём твой костный мозг, сможешь отправляться на все четыре стороны.
