— Мне жаль, Клэри. Я пытался защитить тебя и сохранить наши отношения.
— Нам нечего сохранять. Отношений нет, — отрезала она, поворачиваясь обратно к окну. Яркая луна освещала её комнату так сильно, что даже свет не понадобился. — Я не люблю тебя.
Он сорвался с места, подхватив её на руки. Она сильно ударила его по лицу, вырываясь. Слёзы лихорадочно выпадали и она даже не успевала убирать их с лица.
— Ты говорила, что мы всегда будем вместе.
Она оттолкнула его последний раз, указывая взглядом на дверь.
— Значит мы оба лгали друг другу, — он сощурился, почуяв подступившие слёзы. — А теперь выметайся, Джейс.
— И как вы умудрились скрыть всё это от меня?
Изабель нахмурила брови, стуча пальцами по столу. Брат рассказал ей все, до самых мельчайших подробностей. Сначала Лайтвуд сидела молча, переваривая информацию, а после ушла, обидевшись. Но сейчас она снова сидела с братьями, слушая то одного, то другого.
— А как бы ты отреагировал, будь на её месте, Джейс?
— Нам надо найти его, — неожиданно сказал Алек, и это было скорее утверждение, а не вопрос.
— Зачем?
Братья переглянулись и Джейс понимал, что совсем скоро они сделают это. Пойдут вдвоём, если им никто не будет помогать. Он найдёт своего отца и прикончит его прямо на месте.
— Пора закончить всё это, — парень поднялся, выходя из комнаты, оставив брата и сестру наедине.
— Алек, что ты задумал? — брюнетка не только выглядела взволнованной, но и чувствовала себя также. — Я беспокоюсь за вас. Вы же вдвоём на что угодно пойдёте.
— Мы Лайтвуды. Всё будет хорошо.
Иззи кивнула, соглашаясь с его словами. Она знала, что всё будет хорошо. С ними никогда ничего не случалось и этот раз не будет исключением.
— В детстве я хотела, чтобы у меня был красивый муж, три ребёнка, мальчик и две девочки, и чтобы мальчик был похож на меня, а девчонки на папу.
— Ну красивый муж у тебя уже есть, — усмехнулся парень, чмокнув её в лоб. — А дети со временем тоже появятся.
— У вас такие планы, молодой человек. Посмотрим, — улыбаясь, сказала она и прикоснулась губами к нему, а внутри появилось привычное чувство щекотки. ***
— Эта девчонка не будет вечно таскаться за тобой! Рано или поздно, когда она узнает правду, она бросит тебя и все слова о великой любви окажутся враньём, мальчик мой. Пойдем со мной, не тешь себя ложными надеждами. Вы слишком разные с Клариссой.
Блондин вскочил с кровати, тяжело дыша. Ужасные воспоминания об отце снова настигали его. На протяжении недели он не мог нормально спать, если только рядом не оказывалась Клэри. Она аккуратно укладывала его, ложилась рядом и гладила его по волосам, пока он не засыпал. А теперь он боролся сам с собой, зная, что она не придет.
Прошло две недели.
Идти к Уильяму Эрондейлу в полночь было не лучшей идеей, и сейчас Джейс наконец-то понял, что старший брат был прав, и надо было идти пораньше или вообще не сегодня. Александр вообще волновался так первый раз в жизни. Конечно, перед каждым заданием он чувствовал ответственность и знал, что должен справиться на сто процентов, но сейчас был совершенно другой случай. Он держал лук наготове, как только на горизонте показалась та старая, полуразрушенная избушка с выбитыми окнами. Использовав руну невидимости, братья тихо, друг за другом пробирались к назначенному месту. Стояла мёртвая тишина, когда Джейс открыл дверь и увидел, что внутри никого нет.
Алек повернулся к выходу, осматриваясь по сторонам и всё ещё держа лук наготове. Блондин прошёл немного вперёд, достав клинок. Уильям точно должен быть здесь. Он не мог убежать. Они две недели наблюдали за ним и знали, что он каждый вечер возвращался обратно.
— Кого-то ищите, мальчики?
Повернувшись, он увидел отца у двери и Алека, который валялся недалеко от избы. Слабая боль пронзила ногу Эрондейла и он понял, что Алек ударился обо что-то.
— Ты всё-таки решил вернуться ко мне сын и захватил с собой своего щенка?
От последних слов Джейса будто ударило током. Он не смел называть его брата так. Никто не смел.
— Он мой брат.
— Ты единственный Эрондейл, Джейс. А этот юноша не твой брат, а твоя подстилка, готовая всегда прийти на помощь, признай это. Хотя, — увидев смятение сына, Уильям усмехнулся.— ты и так это знаешь.
— Я знаю, что ты убийца. Ты лишил жизни ни в чем неповинного человека. Я не Эрондейл,
— Джейс направил кончик клинка прямо к горлу отца. — а Лайтвуд. Может во мне и течёт твоя грязная кровь…
Он слабо надавил на клинок и из шеи потекла небольшая струйка крови.
— Но меня хорошо воспитывали и обучали. И единственное, чего я хочу — убить тебя также, как ты убил мать Клэри. Ты заслуживаешь смерти больше, чем кто-либо другой.
— Ты не сможешь убить меня, потому что ты слабый. Ты маменькин сынок, ни на что не способный подросток, который только и делает, что клянётся в своей вечной любви девчонке, о которой ничего не знает. Тебе никогда не встать рядом со мной, Джейс. И ты прав, — Уильям резко повернулся к Алеку, который стоял сзади, держа лук наготове. — ты действительно Лайтвуд. Ты недостоин быть Эрондейлом.
