— Потому что мы — Абстерго. Мы производим высококачественные и относительно недорогие товары, используя свои сильные стороны и замкнутую, самодостаточную промышленность. Россия, как страна, в которой добывают почти все нужные нам ресурсы, и есть почти полный ассортимент собственных, не импортируемых товаров — от шариковых ручек и древесины до авиалайнеров и космических ракет, наш естественный партнёр.
— То есть, вы хотите сказать, что этот маглев нужен вам. Что бы экспортировать свои товары?
— Нет, что вы, — отказался я, — я экспортирую свои товары уже сейчас, сегодня, в этот самый момент в Штутгарт приехало два железнодорожных эшелона. В них новые гибридные двигатели для машин «Мерседес» S-класса, — и на французском добавил, — Сегодня же в компанию «Легранд» поставляются пятьдесят четыре сверхтяжёлых промышленных робота ATLAS, для работы на собственных производствах корпорации. А через два месяца закончатся испытания в компании Эйрбас нашей электроники и двигателей. Если всё пройдёт удачно — нас ожидает контракт на несколько миллиардов, на полную замену электроники и двигателей на всех самолётах компании…
— Это довольно сложный, политический вопрос, — покачал головой Шрёдер.
— Возможно, — кивнул я, возвращаясь к немецкому языку, —, но факт есть факт — сотрудничество Абстерго и промышленных предприятий Европы даёт значительный экономический эффект. Наша совместная работа, в первую очередь, ставит под удар предприятия Китая, который до прошлого года держал монополию на производство электроники. А так же использование наших промышленных роботов ставит под удар китайскую монополию на дешёвую рабочую силу. Ваши политические разногласия, может быть, и имеют место, но я вам сообщаю постфактум — Россия является неотъемлемой и важной частью экономики Европы. Особенно в её высокотехнологичной сфере.
— Вы чего-то опасаетесь? — спросил премьер-министр.
— Да, безусловно. Надо понимать, что в современной геополитике такое сотрудничество выгодно нам, но невыгодно всем остальным.
— Это можно счесть угрозой, — сухо заметил Шрёдер.
— Можно, — я перевёл взгляд с француза на немца, Угроза монополии и гегемонии США на технологии и Китая — на дешёвую рабочую силу. Мир меняется, как бы нам того не хотелось — будущее десятилетие будет далеко не так спокойно, как это.
— Если вы про НАТО, то это исключительно оборонительный союз.
— Оборонительный союз, предполагающий базирование американцев в непосредственной близости от Российских границ, — ухмыльнулся я, — и всё же, я предлагаю спрятать пушки, убрать американцев подальше от России и вести деловой и мирный разговор. Россия сейчас должна Абстерго около пяти триллионов, в эквиваленте евро, поэтому я предупреждаю — любая страна, добровольно ставшая членом противо российской организации НАТО добровольно, с полным осознанием действительности заявила, что готова принять на себя ответственность в случае войны. И если в один не слишком прекрасный момент с орбиты сорвётся гиперзвуковая, невидимая для радаров, не излучающая ни света, ни тепла, ракета с термоядерной боевой частью, и уничтожит любую цель на территории страны-участницы НАТО, это будет только защита наших инвестиций. Не более того, ничего личного, только бизнес.
— Вы рисуете уж слишком агрессивную картину! — возмутился француз, — мы всегда выступали за мирное сосуществование между нашими странами.
— Это не влияет на принятие решений в нашей компании, — отказался я, — Абстерго выступает за многополярный мир. Если Европа станет ещё одним полюсом силы — то Абстерго поможет вам избавиться от влияния и экономической зависимости США, или даже России и Китая. Даже если это будет во вред политическим интересам России — это наше право — строить будущее таким, каким мы его хотим видеть. Мы хотим видеть США, Россию, Китай и ЕС равными партнёрами, которые определяют будущее мира и имеют схожие военные, политические и экономические силы. Мы можем построить этот маглев —, но это будет более важный и серьёзный шаг, чем любой договор.
— Сколько будет строиться путь? — спросил Канцлер.
— До октября этого года. А в конце октября — запустим первые поезда. Юридические вопросы утрясут наши подчинённые, главное для нас — договориться.
Десятого мая на полигоне под Москвой собрались генералы армии, авиации, особенно — ВДВ и морпехов. На этот раз в своей физической форме выступал Арес.
Перед строем кокард и погон он, в военно-полевой форме выглядел не слишком внушительно.
В руках у него был Дум. Автомат.
