Спасённый (ЛП) полностью

========== I. Хогвартс ==========

Экзамены были закончены, и Гермиона Грейнджер последний раз прикалывала значок старосты к своей одежде. Хогвартс в конце июня был заполнен лучами солнца, превращая зелень леса и травы в их самые яркие оттенки, ослепляя озеро.

Они это сделали. Она лежала у озера, наблюдая за своим лучшим другом Гарри — смеющимся и беззаботным — когда он преследовал свою подругу Джинни Уизли, чтобы поймать снитч в игре два-на-два в квиддич, Уизли против Поттеров. Младшей сестре Гарри Рози было только пять лет, но она очень хорошо знала Рона

— Счастлива? — спросил Том

— Почти, — ответила Гермиона, прислонившись к нему — наполовину счастлива, но это будет так странно оставлять. Мне страшно.

Он посмотрел на нее темными глубокими глазами.

— Страшно?

— Будущее…уходя отсюда.Мы не об это говорили. Не так ли?

— Нет, — сказал он странным тоном, который ей не понравился — давай просто наслаждаться сегодня.

— Хорошо, — согласилась она, и он взял ее за руку, его кремовая кожа была бледна по сравнению с её.

Он был все еще загадкой, этот ее мальчик. И он был ее, несмотря на все годы школьного соперничества, напряженность в доме, его неприкасаемая красота, его жизнь перед Хогвартсом, его желание никого впускать.Даже ее, даже сейчас.

Несмотря на те испытания, которые он поставил, испытания, которые она выигрывала снова и снова, прежде чем он согласился с неизбежной, непреодолимой вещью между ними.

Он так мало делился с ней, и, как и любую тайну, она жаждала раскрыть его

— Тебе подходит твое имя, ты знаешь, — сказала она

Он напрягся

— Ты думаешь мне подходит имя Том?

— Нет, нет… я имею в виду, что это твое, так что да, но я не имею в виду твою фамилию. Ты загадка, которую я хочу разгадать.

Он ухмыльнулся

— Это лучше, чем Грейнджер, — согласился он, и она закатила глаза, ударив его рукой. Он наклонился и захватил ее губы в поцелуй, властный и вопросительный.

— Все в порядке? — спросила она, когда он отстранился и оставил ее с затаившимся дыханием и головокружением от желания — ты выглядишь совсем не свой

Он не ответил; просто лег на одеяло, разложенное на берегу озера, его смешное красное клечатое покрывало, постеленное на траве. Единственное облако в небе пронеслось мимо солнца, бросая тень на лес.

— Если бы я хотел уйти, ты бы пошла со мной? — спросил он.

— Покинуть Хогвартс? — она отклонилась, перекатилась на живот, чтобы посмотреть на него озадачено.

— Нет. Британию. Ожидаемым маршрутом. Условно.

— Может быть, — сказала она — я не уверенна. Мне не нравятся гипотетические вопросы. К чему ты клонишь?

Его глаза теперь были напряженными, и резко сосредоточенными на ней, голодные и оценивающие.

— Я спрашиваю, любишь ли ты меня, я полагаю. Разве не в это верят гриффиндорцы? Безрассудно отказываться от всего ради любви.

— Ты сказал мне заранее, что не веришь в любовь, — сказала она

— Ты так занята собой, Гермиона, я думаю ты недооцениваешь себя, насколько ты необычайна. Возможно, ты научила безлюдного брошенного мальчика любви.

— Да, — сказала она — Если бы это было правдой, то я бы пришла. Но это не так, по крайнем мере, пока.И я, возможно, гриффиндорка, но я не думаю, что когда-либо действительно была безрассудной

— Иди сюда, — сказал он, собственнически прижимая ее к себе, и она всерьез удивлялась странному влиянию этого дня на него, на его неразборчивое настроение.

— Если ты куда-нибудь пойдешь, — сказала она, — ты останешься, если я попрошу?

— Может быть, — сказал он, — по крайней мере, на некоторое время. Ты… соблазнительная. И ты моя

***

— Вы готовы? — Джинни позвонила из соседней комнаты

— Почти, — ответила Гермиона, глядя на свое отражение. Красное платье плыло вниз по стройному телу, опускавшись вниз с V-образной формой сзади.Это смелое платье, платье, которое она никогда не носила, прежде чем она увидела себя в нем, увидела свою способность к красоте и изяществу.

Это был аварийный красный цвет, пожарные машины и мигающие огни и сигналы тревоги, это был цвет взросления и окончания, любви и желания.

— Вау, — сказал Джинни из дверного проема, — У Тома случится сердечный приступ и остальные мальчики не будут смотреть на тебя.

Гермиона закатила глаза

— Не надо опять.

— Извини, я просто дразнила, но он, однако, ждет нас за дверью

Он ненавидел ждать. Она надеялась, что это не сделало его сварливым. Сегодня вечером-в самый последний раз в замке, в ночь выпускного бала-сегодня должно быть идеально. Она повернулась, чтобы полюбоваться Джинни, у которой баклажановое фиолетовое одеяние совпадало с ее пылающими волосами, выглядела она довольно славно.

— Ты выглядишь так красиво, Джин. Я просто… мне так грустно, понимаешь?

— Ты не тот, кто осталься позади, — заметила ее подруга, — так что перестань так жалеть себя и иди и найди своего парня.

***

Глаза Тома потемнели до невозможного полуночного сине-черного цвета, когда его глаза охватили ее, а затем его безжалостный рот был против ее, прижимая к ней свое тело, острый выступ его бедер, неумолимая жесткость его тела, дающая ей головокружение и слабость с тоской