— Я считаю, что если есть шанс узнать нечто новое, надо им воспользоваться! — ухмыльнулся боксер, скрещивая руки на груди. — Да и если не проводить опытов, этот камень бесполезен.
— Хибари-сан? — осторожно обратился Тсуна к комитетчику. Кажись, он всё еще его побаивается…
— Приступай, — бросил Глава разведки безразличным тоном, и Тсуна, кивнув, скомандовал, вмиг из нерешительного хомячка превратившись в настоящего босса — даже взгляд его изменился. Точно раздвоение личности у парня… — Ямамото, стой рядом. Остальные отойдите. Если камень взорвется, вас может задеть осколками. Гокудера, на тебе защита Кати-сан от осколков, если они появятся.
— Будет сделано, Джудайме! — обрадовался «перемене личности» Савады его «Правая рука».
Возражать никто ожидаемо не стал, и мы, отойдя от Тсуны и Ямамото на приличное расстояние, выстроились цепочкой. Справа умостырился давящий хитрющую лыбу Ананас, затем я, следом оберегающий меня по повелению босса Гокудера, далее Рёхей и, с левого края, Хибари-сан. Франя же под шумок слился к алтарю справа от нас и, положив руку на темно-серую поверхность, цепким взглядом уставился на Тсуну. Тот же уселся на корточки вместе с мечником, зажег во лбу звезду, то бишь оранжевое Пламя Неба, и, коснувшись рукой камня, пару секунд вливал в него последний элемент. Камень, что интересно, не взорвался, и Савада, завершив процесс, встал и позвал нас взмахом руки. Мы, причем сразу все, подманились, и Мукуро, присев на корточки, загадочно протянул:
— Любопытно…
— Что не так? — озадачилась я.
— И впрямь наичистейшее Пламя Неба, — пояснил он. — Однако, если суммировать вложенную нами энергию, оно не должно было получиться столь сильным. Думаю, эти камни усиливают Пламя Предсмертной Воли. Являются своего рода катализаторами.
— Когда дедушка Талбот модернизировал кольца Вонголы, — призадумалась я вслух, подруливая к Ямамото и скрещивая руки на груди, — изначально у него получились булыжники, и только когда вы влили в них свое Пламя, они взорвались и явили миру усовершенствованное оружие…
— Ты мыслишь в верном направлении, — усмехнулся Мукуро. — Те камни были похожи по своей структуре, однако холод не несли.
— Это логично, — вмешался Хибари-сан, стоявший отдельно ото всех, — учитывая, что те камни были рождены в мире живых.
— Ты полагаешь, что эти камни всё же доставлены прямиком из мира Мейфу? — вскинул бровь герр Ананасе.
— А есть иные предположения? — хмыкнул Глава Дисциплинарного Комитета.
— Иные миры, неизвестный источник в этом мире, — с неизменным хитрющим выражением на фейсе лица начал перечислять Мукуро, — создание их более совершенным способом, чем тот, которым воспользовался Талбот.
— Невозможно, — фыркнул глава CEDEF, с усмешкой глядя на врага, стоявшего напротив. — Несвойственные этому миру физические свойства отрицают второй и третий варианты, а первый отрицает тот факт, что за перемещением между мирами следит мир Мейфу.
— Откуда информация? — прищурился Мукуро.
— От Графа, — ухмыльнулся разведчик до мозга костей. — Для перемещения смертного между мирами необходимо переместить свечу его жизни в иной сектор Дома Тысячи Свечей, а под силу это лишь шинигами.
Когда он это выяснил?! Неужели когда Граф его убеждал вступить в свой «эксперимент»? Вот блин, точно Штирлиц — мертвого разговорил, в прямом смысле этого слова!
— Любопытно, — протянул Мукуро и снова воззрился на камень. — Значит, два этих камня и впрямь принадлежат миру мертвых и принесены сюда они были шинигами. Алтарь здесь как минимум восемнадцать лет, а символы, начертанные на нем, куда старше. Вопрос, для чего их сюда принесли. Если бы это был своего рода телепорт между мирами, мы появились бы из него, а не рядом с фермой. Стоит поискать подобные камни там, но я не чувствую энергии, которую вырабатывают алтарь и этот камень, за пределами леса.
— Учитель, — ни с того ни с сего раздался голос Франа, прервавший мыслительный процесс нашего гениального последователя зеленоволосого аркобалено, — Вам бы посмотреть на это, если у Вас еще интерес к первооткрывательству не пропал.
Ананас нахмурился и быстрым шагом двинулся к парню с Лягушкой на башке, а мы всей гурьбой, за исключением комитетчика, усевшегося на корточки перед канавкой, пошлепали за иллюзионистом. Подрулив к Франу, Мукуро воззрился на алтарь и усмехнулся.
— Вот как. Эти камни передают друг другу энергию. Другие типы Пламени не передавались, но стоило лишь им преобразоваться в Пламя Неба, как оно распространилось и в алтарь. Либо все подобные камни связаны, либо только алтарь и закопанный камень. Я уверен, что здесь есть еще подобные минералы, но где — сказать не могу. И еще, если связаны лишь эти два камня, а не вообще все камни мира мертвых, это явно какая-то система. Вопрос, для чего она нужна. Давайте попробуем наполнить алтарь нашим Пламенем и посмотрим, как отреагирует малый камень.
— А Пламя Облака здесь уже есть, — улыбнулся Такеши. — Причем оно не смешалось с небольшим количеством Пламени Неба, переданным из другого камня.
