Дерите меня семеро! Этот Асакура Джун зрит в корень. Гайдзин в Японии — это иностранец. А я таковым и являюсь, хоть и владею телом японца. Зацепился за такую мелочь из-за моего недоумения касаемо проклятой цифры «четыре». А я сразу и не вспомнил, что японцы считают это число несчастливым. По типу числа «тринадцать» или трёх шестёрок на западе.
— Разве я похож на гайдзина, Асакура-сан? — рассмеялся я. — Нет, просто я не суеверный.
Это должно прозвучать достаточно убедительно.
— О! Ну раз вы не суеверный, Кацураги-сан, — оживился Асакура, — тогда возьмите, пожалуйста, ещё одну пачку печенек под номером «четыре». Заодно и мою протолкнёте.
— Асакура-сан, что за детский сад? Я не хочу печенье! — улыбнулся я.
Чудачество невролога меня почему-то очень сильно забавляло.
— Да чёрт с ним печеньем, Кацураги-сан! — махнул рукой Асакура. — Дело уже вовсе не в нём. Это вопрос принципа. Вопрос чести! Не можем же мы проиграть этому проклятому автомату!
— «Мы»? — спросил я. — Я пока ещё не ввязался в эту авантюру.
— Ну давайте, Кацураги-сан, не бросайте друга в беде! У меня мелочи совсем не осталось, и везения тоже!
— Боже, Асакура-сан, оставьте Кацураги-сана в покое, — послышался голос хирурга — Рэйсэя Масаши.
Рэйсэй подошёл к автомату и забросил в него несколько десятков йен.
— Смотрите и учитесь, — спокойно произнёс он. — Я тоже не суеверен, как и Кацураги-сан. Сейчас я вам докажу, что нет никакого проклятья числа «четыре». В конце концов, мы — врачи. А это значит, что мы ещё и учёные.
Однако печенье Рэйсэя упёрлось в уже застрявшую упаковку Асакуры, создав ещё больший затор.
Асакура смотрел на автомат так, будто тот только что сожрал человека.
— М-да… — вздохнул Рэйсэй. — В храм, что ли, сходить на выходных…
В конце концов, я сжалился над коллегами и всё-таки добился поставленной цели. Третья упаковка продавила затор, и все получили по проклятому печенью.
— Кацураги-сан, да вы — Акума! Сам дьявол! — воскликнул Асакура. — Тёмная сила в облике врача.
— Асакура-сан, что вы несёте? — спросил чересчур серьёзный Рэйсэй Масаши.
Невролог с хирургом казались мне полными противоположностями, как Инь и Янь.
— А что? Звучит, как хороший сюжет для популярной манги или аниме, — на полном серьёзе заявил Асакура Джун.
— Асакура-сан… Только не говорите мне, что вы до сих пор смотрите аниме, — удивился Рэйсэй.
— Да, смотрю, — кивнул Асакура. — А что тут такого? Я ещё и дорамы, и токусацу смотрю, как и большая часть Японии! Вы какой-то скучный Рэйсэй-сан. Вам бы с нами пойти развеяться.
— Вы меня уже приглашали, Асакура-сан, — ответил Рэйсэй. — Но я…
— Правда, а пойдёмте с нами, Рэйсэй-сан, — перебил коллегу я. — Буду рад поближе познакомиться со своими коллегами.
Будет лучше, если хирург пойдёт с нами. Так, у меня появится больше знакомств и не придётся принимать на себя весь удар болтовни Асакуры Джуна.
— Ну если уж даже вы настаиваете, Кацураги-сан, — пожал плечами Рэйсэй, — придётся согласиться. В целом у меня вечер свободный. Куда идём?
— В двух кварталах отсюда есть Идзакая! — сказал Асакура. — Туда и пойдём. Перекусим, попьём сакэ, пообщаемся. И — по домам!
— Пить я не буду, предупреждал, — сказал я. — Завтра — пятница, как никак.
— Я тоже, — кивнул Рэйсэй. — А с учётом того, что у меня завтра плановая операция — тем более.
— Вынуждаете меня пить одного, — вздохнул Асакура. — Ладно, делать нечего. Выдвигаемся!
Через полчаса мы уже были на месте. В баре «Идзакая» было людно, но свободные места всё же нашлись. Асакура Джун тут же заказал себе сакэ, а мы с Рэйсэем ограничились соком и суши. Цены там, конечно, были убийственные, но отказываться от вечера с коллегами было уже поздно.
Асакура глотнул сакэ, тяжело выдохнул и, хитро улыбнувшись, взглянул на меня.
— Ну что, Рэйсэй-сан, пора нам с вами докопаться до истины, — произнёс он. — Кацураги-сан явно от нас многое скрывает.
— М-м-м? — не понял хирург, набивая рот суши.
— Вы это о чём, Асакура-сан? — насторожился я.
— О вас ходит много слухов по клинике, Кацураги-сан, — заявил Асакура Джун. — Может, расскажете секрет своим коллегам. Как вам удаётся так быстро набивать рейтинг?
Асакура Джун оказался куда хитрее, чем мог показаться на первый взгляд. Невролог строил из себя наивного открытого простачка, но на деле прекрасно умел задавать интересующие вопросы в самый подходящий момент.
Сначала у торгового автомата он поинтересовался, не гайдзин ли я. Видимо, моё поведение всё равно выдаёт во мне не коренного японца. Здесь неплохо относятся к иностранцам, но лишних вопросов мне всё равно хотелось бы избежать.
Но эту тему мы уже проехали, теперь Асакуру Джуна интересовало другое.
— Слухи о том, как я набиваю рейтинг? — переспросил я. — Какие тут могут быть слухи? Точно так же, как и все остальные. Выполняю свою работу, стараясь при этом сделать её лучше других.
— Вы правы, Кацураги-сан, — кивнул Асакура. — Так действительно делают все. Но так быстро, как вы, рейтинг никто не повышает.
— Асакура-сан… — начал я.
— Можно просто Джун, — перебил меня невролог. — Мы ведь не на работе.
