Адеус одними глазами указал на десерт – так любимый Мышонком вишневый пирог. Я ничем не выдала, что заметила, только добавила к десерту «вишенку» - маленькое простенькое заклинаньице. А затем села к столу и спокойно взялась за ужин. Когда Мышонку подали десерт, я уже допивала чай. Денвер, по-прежнему воркуя с Лили, откусил кусочек, еще один – и вдруг закашлялся.
- Что случилось, ректор Денвер? – засуетилась мерзавка. – Вам дурно?
Рей залпом осушил стакан воды, но кашель стал только сильнее, а лицо покрылось алыми пятнами, нос и глаза заслезились.
- Похоже, у ректора аллергия на вишню, - сказала я, проходя мимо. А так как Лили никогда не имела дело с тем типом заклинаний, который я использовала, значит, и помочь ничем не могла.
- Аманда! – раздался рев мне в спину, но оборачиваться не стала. Это еще не конец, дорогой ректор. Ничего, кто-то из преподавателей да сообразит, что произошло. А Мышу полезно посидеть на диете. Я же, пока ректор временно был сильно занят, подобралась к его двери в общежитии. Тумба от моей уже исчезла, но память-то не стерлась! На замке ректора, конечно же, стояла защита. Хорошая такая, многоуровневая. И, увы, изобретенная моим старым знакомым, поэтому я без труда отворила дверь и вошла в комнату. Здесь царил идеальный порядок. Не мужчина – мечта! Даже не мусорит. Тихонько прошла в спальню, чтобы оценить ту же чистоту. Увы, ректор Денвер, теперь все ваши достоинства для меня пусты и бесполезны.
Откинула покрывало, коснулась кровати и прошептала заклинание. Затем застелила все, как было, и так же тихо вернулась к себе, вернув на место защиту. Прошло около получаса, когда по коридору послышались знакомые шаги. Вряд ли ректор решит лечь прямо сейчас. Хотя… Устал, наверное, бедняжка. Аллергия – утомительная вещь.
И я рассчитала правильно, потому что мгновение спустя этаж сотряс дикий вопль. Ну вот, а Энджи говорит, в детстве боялся мышей. Боится ректор и сейчас. Пусть не мышей, а крыс, и больших таких крыс, но боится же.
А мою дверь уже сотрясли удары.
- Аманда, открывай!
Кажется, кто-то окончательно забыл о приличиях. Я поправила складки платья и медленно пошла к двери. К чему торопить события?
А ректор окончательно разбушевался, и к кулакам, кажется, добавились ботинки.
- Повредите обувь, - сказала двери.
Удары стихли. Изучает правдивость моих слов? Я тихонько засмеялась. Представила себе фееричную встречу ректора и крыс – стало еще веселее.
- Открывайте, - кажется, к кому-то вернулся здравый смысл.
Я распахнула двери настежь, но сама встала на пороге, потому что не планировала приглашать гостя внутрь. Мышонок выглядел растрепанным, и не все пятнышки аллергии уже сошли. Прекрасный вид!
- Что вам нужно, ректор Денвер? – спросила я.
- Аллергия, крысы. Вы окончательно лишились рассудка?
- Могу спросить вас о том же. Если вы считаете, что ваше хамство останется безнаказанным, то вы сильно ошибаетесь. Я не намерена мириться с таким поведением, будь вы хоть трижды ректором.
- Это с моим-то? – взвился Рей. – Я вам крыс не подбрасывал!
- Зато подложили свинью.
- Декан Дейлис-с-с, - почти зашипел Мышонок.
- Вы сами объявили мне войну, а теперь чего-то хотите? Пишите акт капитуляции, - ответила я и попыталась запереть дверь, но Рей ловко поставил ботинок, чтобы у меня ничего не вышло. Захотелось с силой припечатать дверью ему по ноге, но это было бы слишком кровожадно.
- Что-то еще? – поинтересовалась у этого… Мыша.
- Да, - ответил он. – Впустите в комнату?
- Нет.
- Тогда вы сами напросились, Аманда.
Рей вдруг дернул меня вперед, и я почти упала в его объятия, а затем резко и порывисто поцеловал. В первую секунду я замерла, вне себя от изумления, а ректор прижал меня крепче, поцелуй стал настойчивее и, что уж таить, приятнее. Но гордость подняла голову, напомнила сегодняшнее совещание, и я от души зарядила ректору пощечину.
- Вы чего деретесь? – отступил тот, потирая ушибленную щеку.
- А вы чего целуетесь?
- Так я теперь буду отвечать на ваши выходки. Понравилось?
- Да как-то не очень. Практики, наверное, маловато. Потренируйтесь на профессоре Шайнер, она в этих делах мастерица, - выдала я, а Рей удивленно уставился на меня.
- Знаете, что? – Кажется, до него дошли мои слова. – Сами виноваты! И вообще, прекратите напускать дурацкие сны!
- А вот с этого места поподробнее, - замерла я. – Потому что никаких снов я вам пару недель как не насылаю.
Рей мигом смутился и стушевался. И где делся его боевой запал?
- Спокойной ночи, - пробормотал он и скрылся за соседней дверью, а я улыбнулась. И кто говорил, что приятных вечеров больше не предвидится? Сегодняшний был просто замечательным.
