[одно из значений английского слова grace — милосердие; в этом рассказе имя собственное стоит воспринимать в том числе и с этой позиции]
На вершине холма Джим остановил велосипед и, опустив ногу на мостовую, обернулся. Майк был все еще внизу — задыхающийся и распаренный, он натужно накатывал на склон, потряхивая жирком.
В ожидании друга, Джим стянул с себя рубашку. Вытер ею вспотевшее лицо, затем бросил в корзину, прикрепленную к раме за сиденьем.
— Дальше все время вниз, — подбодрил он подъезжающего товарища.
Остановившись по соседству, тот улегся всем телом на руль и стал жадно хватать ртом воздух.
— Говно на палке, — пробормотал он. С его носа и подбородка срывались капельки пота. — Кажется я словил инфаркт.
— Фигня. В пятнадцать инфарктов не бывает.
— Чо, правда?
— Хорош уже ныть… Просто представь себе, как будет круто на озере.
— Если мы до него доберемся. Всё ты и твои гениальные идеи. И вообще мне кажется, что нет там никаких девок.
— Сам увидишь.
Уговаривая Майка на поездку к Индейскому Озеру, Джим в красках рассказал ему о девчонках, которых видел там в прошлую субботу. Тогда они отдыхали на берегу всей семьей.
— Там была куча жутких уродин, — хмыкнул он. — Но были и настоящие красотули. Одна, например, была в белом купальнике, который просвечивал насквозь. Под ним можно было увидеть абсолютно все. Все! А у других были такие бикини, что закачаешься. Полный отпад. Возьмем с собой бинокли и… ну, ты понял, да?
Майк, кивая, слушал. В конце концов, он пожевал губами и согласился на это двенадцатимильное путешествие.
— Чувак, — вздохнул Майк. — Если ты наврал…
— Верь мне. Ты ослепнешь от увиденного.
— Хорошо бы.
— Ну, тогда рванули.
Оттолкнувшись от мостовой, Джим направил свой велосипед вниз по склону. Крутанул педали, хорошенько разогнавшись. Дорога потянулась через густой лес. Джим мчался вперед все быстрее и быстрее, вдыхая хлещущий навстречу воздух. Это было даже круче, чем стоять напротив большого вентилятора. Воздух обдувал волосы, струился в лицо, гладил руки, грудь и живот, бока. Было здорово ощущать его разгоряченными подмышками. Еще лучше было, когда он проникал в штанины его купальных шортов и остужал взопревшую промежность.
Обернувшись проверить, как там Майк, он заметил съезжавшую с гребня холма машину.
— Осторожно, сзади, — предупредил он друга.
Майк обернулся, затем быстро съехал на обочину.
Машина пронеслась мимо. Она нарочно выехала за разметку, оставив им двоим широкую полосу для движения. Когда она проехала, Джим расслабил на руле руки. Автомобиль был уже далеко. Помаячив еще немного впереди впереди, машина вернулась на свою полосу и исчезла за поворотом.
— Видел ту крошку? — спросил его Майк.
Джим глянул через плечо:
— Чего?
— Баба за рулем. Ух, надеюсь, она едет на озеро.
— Горячая штучка?
— Ты что не ви… берегись!
Джим дернул головой. Как раз вовремя, чтобы увидеть перед собой черный микроавтобус, припаркованный у обочины. Задняя часть минивэна перегораживала собой край шоссе, и Джиму пришлось резко затормозить, дернув руль влево. Пронесло, с облегчением подумал он. Однако, его велосипед занесло в сторону, шины заскользили, и он опрокинулся прямо на дорогу. Успев подставить одну ногу и высвободить вторую, он отправил велосипед в свободный полет, а сам несколько раз перевернулся.
Остановившись, он согнулся от боли.
— Ууу…
Майк остановился и, скривившись, посмотрел на него.
— Ты в порядке?
— Ебаный-сука-блядь-в рот.
— Смотри куда прешь что ли…
Джим, постанывая, сел. Половина его левой коленки была грязной и ободранной, и стльно кровоточила. Тоже самое было и с его левым предплечьем. Он попытался смахнуть с раны налипшую грязь, но поморщился. Больно! Промою, когда доберемся до озера, решил он. С трудом поднявшись на ноги, он захромал к своему велосипеду.
Его рубашка и полотенце по-прежнему лежали в корзине, а вот коробка с обедом и бинокль вылетели на дорогу.
— Вот, блин, — пробормотал он, поднимая вещи. Он вытащил бинокль из футляра и проверил линзы.
— Целые?
— Ага, похоже, что так, — он засунул его обратно в чехол. — Придурок. Он бы еще всю дорогу перегородил.
— Ну, тут кювет.
— Скотина. — Джим дохромал до микроавтобуса и пнул его в бок.
— Йпт! Не надо! Что, если внутри кто-то есть?
Об этом Джим не подумал. С гримасой боли на лице, он поспешил оседлать свой велик. Майк уже изготовился рвануть прочь.
— Эй, меня погодь.
Джим бросил футляр с биноклем в корзину и поднял велосипед за руль. Бросив нервный взгляд на машину, он поставил левую ногу на педаль и, оттолкнувшись, перекинул через седло правую.
И тут они услышали чей-то пронзительный крик.
Он раздался откуда-то из леса, совсем недалеко от того места, где были они.
Майк остановился.
— Йпт!
Джим съехал на обочину и уставился на густую, затянутую тенями чащобу.
— Это же был крик, да? — подъехав, спросил его Майк.
— Точно он.
— Женский.
— Ага. Но я не уверен.
— Не уверен в чем? — не понял Майк.
— Ну, ты же знаешь девчонок. Они вопят все время и иногда орут просто забавы ради. В смысле, это еще не значит, что ей нужна помощь или вроде того. Может, она просто так развлекается.
