– Но ведь он бросил ее двадцать лет назад, – проговорил Дуайт в темноту. – Зачем он станет возвращаться?
От несправедливости происходящего у него сжалось сердце.
И вновь – видение Смока с головой в лохани, а над ним – Мокси с покрытым копотью лицом, рычащий:
Но знал ли Смок?
Дуайт ничего не знал о том, каковы обычаи Большой дороги, и это вселяло в его душу неимоверный страх.
Вскоре за окном подали голос ночные птицы, а вслед за ними – лягушки и кузнечики.
Дуайт лег на постель и положил голову на подушку. Надвинул одеяло на грудь и закрыл глаза.
Телеграмма, посланная Мокси, кроваво-красными буквами отпечаталась на поверхности потолка:
НЕ ХОРОНИТЬ!
ОНА НЕ МЕРТВА.
Я В ПУТИ.
Невидимые нити, связующие бывших влюбленных.
Дуайт уже достаточно долго всматривался в темноту, чтобы глаза его привыкли. Он уже видел, что тень в углу – это просто ночной столик Кэрол, а позади него – дверь. Тяжело дыша, он заснул, но и во сне не смог отогнать грозный образ безумного калеки, пересекающего безликий ландшафт, не имеющий никакого отношения ко времени. Там же где-то скрывался и бывший преступник… Джеймс Мокси.
Горючка Смок сидел на высоком табурете в баре, когда к нему подошел Ринальдо.
Он подозвал этого местного через весь салун, покрутив в воздухе пальцем, давая понять, что близок с волшебником и магом по имени Джеймс Мокси. Как раз перед этим Ринальдо громко рассказывал о знаменитом трюке в Абберстоне, и, что было более важно, о том, что знаменитый трюкач был здесь, в Григгсвилле, сегодня после обеда.
– Я весь день думал об этом парне. Лилиана знает, как много он для меня значит…
В баре ему внимали несколько человек, но самым внимательным слушателем был Горючка Смок. Наемный убийца сидел, опершись локтями о стойку бара, и улыбался, слушая, как этот подвыпивший маленький болтун, шатаясь от столика к столику, хвастает своей встречей с живой легендой. Вряд ли кто из завсегдатаев верил Ринальдо, но большинство вежливо улыбались. Смок дождался, когда интерес к рассказу Ринальдо у слушателей иссякнет, после чего дал ему знак.
Ринальдо, счастливый тем, что нашелся еще один слушатель, проворно подошел.
– Мы знакомы?
– Не думаю. Но мне страшно интересно узнать, как это у тебя вышло.
– Ты тоже поклонник Джеймса Мокси?
– Еще бы! Это же самый знаменитый человек на всей Большой дороге! Ты говоришь, что сегодня видел его?
Ринальдо вплеснул руками.
– Не только говорю, – сказал он, – но и клянусь, что это так.
Он улыбнулся и сел на свободный стул рядом с Горючкой Смоком.
– Я даже помог ему.
– Вот как? – недоверчиво покачал головой Смок. – И чем же такой маленький человек, как ты, мог помочь человеку-легенде?
Ринальдо гордо улыбнулся:
– Всего-навсего сообщил ему, что он в опасности.
– Удивительно!
Смок заказал для Ринальдо пива, а себе – воды.
– Расскажи побольше, – попросил он. – Как выглядит Джеймс Мокси?
Глаза Ринальдо расширились.
– Джеймс Мокси – щедрый человек, – сказал он.
– Это как?
– Он вовсе не обязан был оказывать мне честь разговором со мной, но он сделал это.
– Он специально остановился и стал с тобой беседовать?
– У меня были для него важные сведения.
– Какие?
Ринальдо поразмыслил.
– Я не уверен, что могу рассказать тебе об этом, незнакомец.
Наступила пауза – каждый отхлебнул из своего стакана.
– Хотел бы и я повидаться с ним, – проговорил наконец Горючка Смок, удрученно покачав головой. – Когда, говоришь, ты с ним виделся?
– Днем, совсем недавно.
Ринальдо задумался и уточнил:
– Часа три назад. Плюс-минус несколько минут.
Смок с преувеличенным отчаянием щелкнул пальцами. Какая жалость! Совсем недавно, и он пропустил этот счастливый шанс. Ринальдо наклонился к нему, слегка покачиваясь и едва не падая со стула.
– Я открою тебе секрет, – сказал он. – Страшную тайну.
Смок поставил свой стакан на стойку бара и приготовился слушать.
– Я был там, – громко прошептал Ринальдо. – В Абберстоне.
– Вот как?
– Да. Мне было уже достаточно лет, чтобы я мог работать.
Смок положил свою ладонь Ринальдо на запястье.
– Подробнее, дружище, – попросил он.
Ринальдо не терпелось выложить все как есть.
– Представь себе: два человека стоят друг напротив друга на Данкл-стрит. Джеймс Мокси с одной стороны, Дэниел Праудз – с другой. Прозвучала команда. Всего-то один выстрел и был сделан. Грудь Праудза разорвало в клочья. Но Джеймс Мокси так и не вытащил пушку. Я стоял совсем рядом. И я был там не один. Он
Горючка Смок изобразил недоверие.
– Это невозможно! – покачал он головой.
– Кто-то так и говорит. Но они неправы!
– А в чем состоял фокус?
– Я не знаю, – покачал головой Ринальдо.
– Но у тебя же есть какие-то соображения?
– Есть.
– И ты ведь спрашивал, верно? Хотя бы сегодня.
– Спрашивал.
Смок усмехнулся.
– И он тебе не сказал?
– Нет, не сказал, – уныло ответил Ринальдо.
– И что ты по этому поводу думаешь?
Ринальдо сделал глубокий вдох.
– Я думаю, – сказал он, – что это магия. Причем самая настоящая.
– Ясно.
