Я легко обогнала Стаса, который карабкался наверх с приличной скоростью. Сделала я это не для того, чтобы показать ему свое превосходство, а для обеспечения безопасности Михеева. Если вдруг его трос порвется, я сразу это увижу и смогу среагировать, тогда как если бы я находилась позади мужчины, он при падении снес бы меня, и ничего сделать я бы не смогла. Я специально выбирала те зацепки, которые находились в непосредственной близости от Михеева, но в то же время соблюдала минимальную дистанцию, чтобы не мешать Стасу карабкаться по стене. Несколько раз я ждала его, делая вид, что изучаю, какими зацепками удобнее пользоваться. На самом деле для меня они все были одинаково приспособлены для лазания по вертикали, и такого большого количества их мне совершенно не требовалось.
Наконец мы достигли вершины стены и стали спускаться. Вниз мы двигались параллельно: я не обгоняла Михеева и не отставала от него, контролируя каждое движение своего клиента. Ни у меня, ни у Стаса трос не порвался, мы не сорвались вниз, а благополучно достигли пола.
– Молодцы! – похвалила нас Маша. – Хорошо карабкаетесь, сразу видно, скалолазы!
– Благодарю! – улыбнулся Стас, снимая обвязку и протягивая ее Кире. Лапшина должна была лезть в паре с Лизой.
Девушки надели страховочные системы и полезли наверх. Аксенова сразу обогнала свою напарницу, Кира же лезла очень медленно, и было видно, что ей страшно. Лиза цеплялась за зацепки уверенно, точно всю свою жизнь только тем и занималась, что лазала по стенам. Она уже добралась до верха, а Лапшина даже не достигла середины пути. Кира залезла на очередную зацепку, посмотрела вниз и буквально вжалась в стену.
– Маша, я дальше боюсь! – крикнула она Гордеевой. – Я слезаю, ладно?
– Хорошо, – проговорила та. – Ничего страшного, ты молодец, раньше так высоко не залезала!
Кира кивнула, опустила одну ногу вниз, нащупывая зацепку. Внезапно ее руки соскользнули, девушка попыталась ухватиться за выступ, но не смогла это сделать. С воплем ужаса она полетела вниз.
Одновременно раздался крик Кристины. Но трос, прикрепленный к обвязке Лапшиной, резко натянулся, и Кира зависла над полом. К ней подбежали Маша и Вадим, помогли девушке спуститься на землю. Трясущимися руками Кира стала снимать обвязку, на ее лбу выступили капли пота.
– Ты в порядке? – участливо спросил девушку Еремин. Та кивнула, не произнеся ни слова.
– Ничего страшного не произошло, – проговорил Вадим, обращаясь одновременно и к Лапшиной, и к Валерию с Кристиной. – Падения неизбежны, без этого не научишься. Тем более тут все безопасно, тросы выдерживают вес до ста пятидесяти килограммов!
– Все-таки я воздержусь сегодня от скалолазания, – пробормотала красноволосая. – Как-то не хочется адреналина, не то настроение…
Валерий тоже отказался лезть на стену, тогда как другие спелеотуристы продолжили тренировку на скалодроме. Лапшина присоединилась к новеньким, у нее не было желания карабкаться по стене.
Мы еще по два раза взобрались по зацепкам, после чего Маша сказала, что основная тренировка закончилась, а новенькие могут остаться и поупражняться в работе с карабинами. Вадим раздал участникам предстоящей экспедиции распечатки со списком необходимых вещей, которые следовало взять с собой. Мы со Стасом взяли одну листовку на двоих – инструктора рассчитывали на то, что в пещеру поедут семь человек, а не восемь. Однако мне удалось убедить организаторов похода, что с трудностями экспедиции я справлюсь (и могу сказать, получше остальных). Ни Вадим, ни Маша возражать против моего присутствия не стали, поэтому количество участников увеличилось на одного человека.
Было семь вечера, Кира заспешила домой. Остальные спелеотуристы тоже стали расходиться. Мы со Стасом попрощались с инструкторами и, заплатив за тренировку, покинули скалодром.
По пути назад я спросила Михеева:
– Стас, что вы можете рассказать о Лизе Аксеновой? Почему-то мне она показалась знакомой, она не приходила ведь в фитнес-клуб «Орион»?
– Нет, там она не занимается, – покачал головой тот. – Не знаю, где вы могли ее видеть. Мы с Лизой учились вместе в университете, потом долго не общались. Ну а когда я пришел в спелеоклуб, то встретил ее там.
– Подождите… – внезапно меня осенило. Точно! Лиза была на трех фотографиях со Стасом, та девушка с каштановыми волосами, постриженными под «каре»! Я еще подумала, что у нее очень красивая улыбка…
– Вы встречались с Лизой? – спросила я. Михеев кивнул.
– Да, было дело. Мы на третьем курсе стали общаться, я думал, что влюбился в нее без памяти. Встречались года два, а потом я встретил Надю и понял, что Лиза – это несерьезное увлечение, просто я искал себе девушку и вбил в голову, что Аксенова – это и есть та самая единственная и неповторимая. Мы поговорили, обсудили все и расстались.
– И Лиза восприняла все это нормально? – поинтересовалась я. – Она не устраивала вам скандалов?
– Ну а зачем, все равно смысла в этом нет, – заметил Стас. – Я предложил Лизе остаться друзьями, но она отказалась. Сказала, ей нужно время, чтобы пережить все это…
